Выступление Владимира Буковского

на конференции Американского Союза Консерваторов.

Декабрь 1986 года.

Я только что принял участие в стратегической игре, которую проводил Центр международных стратегических исследований в Джорджтаунском университете. Я играл в Красной команде -- за советскую сторону. Игра симулировала быстро развивающийся мировой кризис и растущий финансовый кризис в Латинской Америке -- с неплатежами по долгам, с контрас, внезапно более активно внедряющимися в Манагуа, и ряд других потрясений. Я уверен, что вы не удивитесь, узнав, что мы выиграли -- я имею в виду, победила советская сторона, и победила очень легко. Удивительно легко и даже пугающе легко. К концу кризиса, который продолжался один только месяц, мы разделили Пакистан -- и пакистанский режим распался очень легко, без каких-либо проблем. Мы решили все проблемы в Центральной Америке и были готовы начать посягать там на любую территорию, в первую очередь на Сальвадор.

 

Пугающая легкость, с которой советская сторона может оперировать в мире -- которую я ощущал в течение последних двух дней этой игры -- очень хорошо отражает реальность, поскольку сценарий этого кризиса действительно был очень близок к реальности. Это указывает нам внезапно на слабые стороны Запада и сильные стороны советского режима. Одной из них является то, что советская система имеет в своем распоряжении гораздо больше инструментов для политического влияния в любом кризисе, гораздо больше уровней, на которых она может вести борьбу, и на которые западное общество никак не умеет реагировать. У него просто нет для этого никаких средств, никаких инструментов. Мы могли свободно использовать общественное мнение на Западе, мы могли обращаться к левым в этих странах, используя их как очень мощный инструмент во время развёртывания кризиса. Мы могли использовать партизан очень легко, мы могли делать очень многое. А западная сторона могла генерировать только один из пяти возможных ответов на наши шаги. 

 

Это одна из тех пугающих вещей, которые лежат в основе неподготовленности Запада к реальному кризису, к реальному развитию кризиса , в котором советская система сейчас находится -- система, которая разрабатывала эти свои инструменты в течение последних пятидесяти - шестидесяти лет. И если мы не уделим внимание идеологической войне и некоторым другим аспектам, связанным с Советским Союзом, если мы не обретём способность решать такие проблемы, наше будущее будет жутким.

 

Ещё один вывод, к которому мы пришли в ходе этих игр, носил более глубокий, более философский характер. Как мы узнали в конце игры, американская сторона -- "синяя" команда -- в основном тратила время на дискуссии между собой, в то время как мы были очень ориентированы на действие, держа четко определенную цель в голове, и мы главным образом были заняты планированием наших шагов. Американцы же постоянно спорили между собой о концепциях. У них до сих пор нет концепции тог, что такое советская система, что с ней можно сделать, чего они на самом деле хотят достичь во всех этих аспектах конфликта, и как они придут к достижению своих целей. Это поднимает очень важный вопрос. На самом деле, Советский Союз существует уже 68 лет, создал много конфликтов в этом мире и чрезвычайно в этом преуспел. И, несомненно, коммунистическая идеология как таковая, и советская система, как её воплощение, являются самой большой проблемой нашего века. Я думаю, что никто не станет этого отрицать. Mасштаб страданий, обрушенный этой системой на человечество, беспрецедентен. Тем не менее, мы, вероятно, знаем меньше о советской системе -- и под "мы", я подразумеваю западную сторону, -- чем мы знаем об обратной стороне Луны или об очень далекой галактике. Это ужасно. У нас до сих пор нет целостной концепция советской системы. И когда вы обращаетесь к тем, кто должен об этом всё знать -- к так называемым "экспертам", вы внезапно обнаруживаете их разделенными на две категории: так называемых "приверженцев жесткой линии" и "приверженцев мягкой линии". Я же не верю, что это популярное разделение правильно. Насколько мне известно, "жестких линий" или "мягких линий" не существует. Есть правильная или неправильная политика. Правильные или неправильные решения.

 

Недавняя встреча на высшем уровне со всеми положительными сторонами, которые у неё были, также имела много отрицательных сторон. Мы внезапно увидели, что наше телевидение и наши СМИ охвачены порывом доброй воли, и что у нас внезапно появилось много так называемых "экспертов" по ​​дружбе с Советским Союзом, которые постоянно выступают в повторяют все старые, изжившие себя идеи о том, как нам следует "достичь большего понимания с Советским Союзом", как если бы шестидесяти восьми лет его существования было недостаточно для того, чтобы его понять, и о том, как "мы должны найти способ хорошо провести переговоры". Многие люди в этом мире по-прежнему верят в то, что если вы будете очень разумно вести переговоры с Советским Союзом, если вы предоставите им кредит доверия и не будете так нетерпимы, то внезапно вы придёте к очень хорошим отношениям с ним. Что ошибочно.

 

Но в то же время я должен сказать, что в консервативном типе мышления о советской стороне есть изъян. Самая важная ошибка -- это очень укоренившаяся в консервативном мышлении вера, что Советский Союз изменить невозможно. Что вы не можете изменить его и не можете ожидать каких-либо изменений. И это очень большая ошибка. Советский Союз действительно меняется, и есть много способов добиться этих изменений или разработать политический курс, способствующий этим изменениям.

 

Позвольте мне сказать, что по иронии судьбы сейчас Советский Союз подойдёт к порогу многих драматических изменений, при условии, что наша политика в отношении него будет правильной. Они действительно столкнулись с огромной экономической проблемой, которая накапливалась в течение многих лет и теперь подошли к стадии, когда они сами признают: "Мы не можем продолжать делать то, что мы делали раньше". Они открыто говорят, что их неэффективная экономика больше не может выдерживать усилий по расширению сфер влияния и военной конкуренции с Западом. Это впервые было признано в обращении Горбачева к Центральному Комитету в апреле прошлого года, где он сказал: "Если мы не пойдем по пути радикальной перестройки нашей экономики, дело социализма во всём мире будет поставлено под угрозу”.

 

Позвольте зачитать вам цитату, чтобы обрисовать кризис, который у них сейчас настал. Позвольте мне процитировать вам не что иное, как журнал Коммунистической партии Советского Союза, носящий вполне уместное название "Коммунист". Вот что они пишут. "Дальнейшее движение по этому курсу..." Имеется в виду нынешний курс развития экономики. "... в ситуации, когда вовлечение дополнительной рабочей силы, сырья или природных ресурсов в производство может привести только к увеличению числа незаполненных рабочих мест, к чрезмерному росту расходов на транспортировку полезных ископаемых и на защиту окружающей среды, не имеет на данный момент перспектив. Дополнительные инвестиции будет приносить всё меньше и меньше дохода. Итог: в нынешних условиях такое решение будет тупиковым”.

 

Это очень важный момент. Зная советскую систему, мы понимаем, что она не может кардинально измениться до такой степени, чтобы заставить работать какие бы то ни было экономические реформы. Но, двигаясь в этом направлении, она может втянуть себя в очень опасные события, которые могут окончательно разрушить систему политического контроля, существующую сейчас. Короче говоря, если кратко изложить суть дела, то чем больше они начнут интенсифицировать производство и экономику, тем меньше партийного контроля будет оставаться. И чем меньше партийного контроля будет над экономикой, тем меньше партийного контроля будет над страной как таковой.

 

Что можно сделать с нашей стороны, что заставило бы Советский Союз провести более глубокие реформы, чем они бы хотели? Очень просто. Причиной их беспокойства является не благополучие их населения, а стратегическая проблема и проблема расширения их империи. Поэтому, чтобы заставить их пойти на более глубокие реформы, вы должны -- прежде всего -- продолжить и даже усилить конкуренцию в военной области, то есть СОИ -- Стратегическую оборонную инициативу. Eсли вы расширите её, то у Советов появится больше стимулов для проведения более глубоких реформ. Если вы отмените Стратегическую оборонную инициативу, у них будет меньше стимулов для этого.

 

Во-вторых, вы должны сделать так, чтобы они увеличили свои расходы и усилия, которые у них идут на экспансию в третий мир, а это означает, что вы должны поддерживать силы сопротивления, делая так, чтобы для Советского Союза их присутствие там и поддержание своей империи становилось всё более и более дорогим, всё более и более затруднительным. [Аплодисменты в зале]. Если мы неожиданно начнём менять нынешнюю тенденцию и начнем помогать коммунистическому правительству Мозамбика -- как некоторые люди делают сейчас в администрации -- или если мы начнём делать то же самое в Анголе -- как это делает сейчас компания Gulf Oil -- вместо того, чтобы помогать движению сопротивления там, или если мы вдруг из какой-то странной мысли, появившейся в Госдепартаменте, решим, что можем выкупить Советскую империю у Советского Союза, то тогда мы убьем стимул к реформам внутри Советского Союза, а сами приобретём очень дорогой и бесполезный инструмент.

 

И, наконец, и что очень важно, -- если мы сейчас снова погрузимся в "разрядку", как это теперь предлагается некоторыми участниками общественной дискуссии, -- то мы тоже навредим нынешней тенденции к реформе. Если мы начнем поставлять Советскому Союзу кредиты, технологии, товары --  в ещё больших масштабах, как этого хочет Советский Союз, -- мы просто уничтожим любой стимул для СССР пойти на экономические изменения, ставящие под угрозу их систему. Совсем недавно, как вы знаете, четыреста американских бизнесменов прибыли вместе с министром торговли Болдриджем в Москву для обсуждения всех этих соглашений. Я бы сказал, что с точки зрения американских интересов, а также с точки зрения интересов советского населения, Советский Союз -- это не их дело, и они не должны там находиться. [Аплодисменты в зале].

 

Какую серьёзную основную концепцию можно использовать для того, чтобы выработать последовательный политический курс в отношении Советского Союза? Я полагаю, что такая основополагающая концепция уже была высказана президентом Рейганом в его речи в Организации Объединенных Наций в октябре прошлого года, где он сказал, что "мир, базирующийся на репрессиях, не может являться подлинным миром и станет надёжным только тогда, когда у индивидуумов появится свобода управлять своими собственными правительствами". Развивая эту идею дальше, он сказал, что "война марксизма-ленинизма со своим собственным народом затем превращается в войну со своими соседями", и это очень глубокое замечание. Далее, цитируя обращение Сахарова по случаю получения Нобелевской премии мира, он сказал: "Международное доверие, взаимопонимание, разоружение и международная безопасность немыслимы без открытости общества, свободы информации, свободы убеждений, гласности, свободы поездок и выбора страны проживания". Это прекрасная основа для последовательной и мощной внешней политики в отношении Советского Союза.

 

Действительно, советская система основана на особого рода скрытой гражданской войне между коммунистическими правителями и населением. И свободный мир может быть либо на стороне наших угнетателей и нашего правительства, ища взаимопонимания с ними, либо на стороне населения, помогая ему в его стремлении к свободе. И этот подход, я считаю, должен быть расширен, если консерваторы имеют какое-либо влияние на формирование последовательной политики. К сожалению, сейчас дело обстоит не так. Первые документы, которые появились после саммита, катастрофичны. Соглашение о культурном и научном обмене -- это катастрофа. Это советский документ, который передаёт в руки СССР полный контроль над процессом. Он даёт Советам контроль над своей интеллигенцией и своим народом, позволяет им выбирать тех, кого они хотят отправить за границу, чтобы эти люди имели преимущества, предоставляемые общением со свободным миром. Он также говорит о расширении научного обмена и даже совместной работе и исследованиях в области ядерного синтеза. И это в то время, когда пять тысяч американских ученых всё ещё продолжают бойкотировать советские научные учреждения, требуя освобождения Сахарова, Орлова и Щаранского. Какое право имеет правительство подписывать такое соглашение с Советским Союзом в то время, когда пять тысяч их собственных учёных -- огромное сообщество -- требуют бойкота? Я не знаю.

 

Завершая то, что я хотел сказать, я хотел бы подчеркнуть, что всё это выполнимо, возможно и полностью согласуется с требованиями нашего времени и будущими задачами, если мы разработаем такой ​​политический курс, при котором свободный мир и угнетенные люди -- а не правительства коммунистических стран -- будут работать вместе и сражаться вместе за лучшее будущее. Спасибо.

 

 

Перевод с английского Алисы Ордабай-Хэттон.

"Старая номенклатура руководит всеми исполнительными функциями этого предположительно нового "демократического" государства". Аналитическая статья Владимира Буковского о первых ста днях правления Ельцина.  
pacifists2.jpg
"Пацифисты против мира". Владимир Буковский о "борьбе за мир" как о мощном оружии в руках коммунистов. 
NinaI.jpg
"Тремя днями ранее, два офицера КГБ, мужчина и женщина, пришли в квартиру Нины Ивановны и сказали ей, что их депортируют вместе с сыном, и что у неё три дня, чтобы собрать вещи". Репортаж Людмилы Торн из первого дома Буковских в Швейцарии. 
bethell.jpg
"Он стал одним из её советников по Советскому Союзу, подспорьем в её готовности бросать вызов коммунизму при любой возможности." Лорд Николас Бетэлл рассказывает о том, как познакомил Владимира Буковского и Маргарет Тэтчер.
"Буковский был таким гигантом, что даже в самой толще тюремного мрака встречал темноту светом. Такой силы был его огонь, что долго находиться рядом и оставаться прежним не было возможным". Алиса Ордабай о Владимире Буковском.
Pankin.jpg
"С окрашенным миролюбием скепсисом он подержал в руках и полистал паспорт, который я ему протянул после обмена обычными для первых минут знакомства фразами". Борис Панкин, посол России в Великобритании, вспоминает о Буковском.
krasnov.jpg
 "В 1967 году следователь, закончив дело о демонстрации, главным инициатором которой был Владимир, сказал: 'Если бы я мог выбирать сына, я выбрал бы Буковского' ". Анатолий Краснов-Левитин о Владимире Буковском.
WP.jpg
"Длинная тень пытки". Статья Владимира Буковского в газете Washington Post о тюрьме Гуантанамо Бэй и причинах, по которым ни одна страна не должна изобретать способы легализировать пытки.
"Западные СМИ рассматривают своих сотрудников не как приказчиков в лавке, а как людей, отдающих свои творческие силы делу". Письмо Буковского руководству радиостанции "Свобода" о недопустимости вводимой ими цензуры. 
korchnoi.jpg
"Мир готов уступить во всем, лишь бы мировой бандит наконец насытился и угомонился". Вступление Владимира Буковского к книге гроссмейстера Виктора Корчного. 
svirsky.jpg
"Благодаря Володе остались жить и Плющ, и Горбаневская, а скольких миновала страшная чаша сия?" Писатель Григорий Свирский о Владимире Буковском и Викторе Файнберге в своей книге "Герои расстельных лет".
Frolov.jpg
"Почему брак между американкой и русским рассматривается как измена родине?" Предисловие Владимира Буковского к книге Андрея и Лоис Фроловых "Against the Odds: A True American-Soviet Love Story".
"Мы, родившиеся и выросшие в атмосфере террора, знаем только одно средство защиты прав: позиция гражданина". Владимир Буковский в июне 1979 года в Институте Американского Предпринимательства. 
FinancialTimes.png
"Запад дал миллиарды Горбачеву, и сейчас из них невозможно найти ни одного доллара". Интервью Владимира Буковского газете The Financial Times, 1993 г. 
Boekovski1987.jpg
"Мир как политическое оружие". Владимир Буковский о связях компартии СССР и движением за мир в США и Западной Европе. 
zzzseven.jpg
"В Советском Союзе только человек, которому грозит голодная смерть, решится на такую крайность, как забастовка". Выступление Владимира Буковского на конференции Американской федерации труда. 
Буковский и Урбан. Писатель Джордж Урбан беседует с Владимиром Буковским в развёрнутом интервью для журнала Encounter. 
Bukovsky3.gif
Журнал Terra Nova. Алекс Федосеев беседует с Владимиром Буковским о внутренней политике России и революциях в Киргизии и в Украине.
signing.jpg
Предвыборный манифест Владимира Буковского, 2007 год. 
VATitle.jpg
Правозащитник Витольд Абанькин рассказывает сайту "Уроки советской истории" о свободе, заключении и своих друзьях Юрии Галанскове и Владимире Буковском.