Mир как политическое оружие

Автор: Владимир Буковский

 

Несмотря на количество доказательств, говорящих о распространяемой Советским Союзом лжи в течение последних тридцати лет -- включая нарушения международных соглашений, манипулирование общественным мнением, подрывную деятельность и терроризм, тайные путчи и открытую агрессию -- большей части западного общества трудно признать факт существования всех этих реалий. В лучшем случае, сам масштаб такого рода деятельности СССР и полностью бесчеловечные методы, которыми она осуществляется, будят некоторые подозрения среди "объективных” западных наблюдателей.

 

Даже самые неоспоримые факты -- такие как то, что был сбит корейский авиалайнер или вторжение в Афганистан -- не смогли изменить общественное мнение на Западе. Вместо этого, сама абсурдность поведения СССР в обоих случаях побудила многих начать искать более "рациональное" объяснение мотивам, движущим Совестским Союзом, или даже заняться поисками оправданий. И чаще всего эти объяснения приходят к заключению, что вина лежит на западном руководстве, а не Советском Союзе.

 

К сожалению, такое отношение вполне естественно. Любой учебник по медицинской психологии содержит описание похожей схемы поведения и у потерявших своих детей матерей и у пациетнов, у которых была найдена неизлечимая форма рака. Как правило, когда человек сталкивается с чем-то ошеломляющим, чем-то вселяющим ужас и от него не зависящим, он начинает проходить несколько внутренних стадий -- от отрицания до чувства вины, от фантастических "разумных объяснений" до острой депрессии.

 

И правда, что может быть более травмирующим, чем столкнуться со смертельным врагом, не останавливающимся ни перед чем и имеющим возможность уничтожить пять таких планет, как наша? Врагом, который порабощает одну страну за другой, медленно, но верно, в течение вот уже полувека; который проникает в каждую сферу нашей жизни и безжалостно использует каждую нашу слабость -- и всё это без очевидной причины? В ходе своей истроии Запад испробовал практически все возможные подходы, от сдерживания до политики разрядки, и ни один из них не сработал. Как пишет Солженицын, советская угроза напоминает рак и поэтому неудивительно то, что наша реакция на неё похожа на реакцию ракового больного.

 

Поведение Советского Союза, тем не менее, перестанет выглядеть таким пугающе иррациональным и невероятно жестоким, как только мы начинаем осознавать, что он сам видит себя находящимся в состоянии войны со всем остальным миром. Мы начинаем придерживаться других моральных норм когда мы ведём войну, и многие акты насилия, также как и обман, начинают казаться нам оправданными. Таким образом торпедирование пассажирского лайнера "Лузитания" германскими подводными лодками в 1915 году было, пожалуй, более тяжким преступлением, чем поражение в воздухе пассажирского авиалайнера в 1983 году, просто потому что в первом случае было убито по крайней мере в четыре раза больше людей и потому что это произошло в нейтральных водах, в то время как второй случай произошёл в воздушном пространстве СССР. Тем не менее, мы склонны рассматривать потопление "Лузитании" как правомерное действие, в то время как инцидент с авиалайнером рассматривается как абсолютно иррациональное и необъяснимое действие.

 

Таким же образом, когда мы читаем о Лоуренсе Аравийском, мы не особенно возмущаемся тем, как он искусно манипулировал враждующими арабскими племенами. И в то же самое время мы отказываемся верить, что Советский Союз регулярно использует те же методы борьбы, поддерживая самые разные экстремистские группировки во всём мире и манипулируя ими. Факты неопровержимы, но всё это кажется слишком подлым, чтобы быть правдой.

 

И, говоря о пропаганде, разве обман и дезинформация не являлись всегда законными срдствами ведения войн, начиная с троянского коня и заканчивая имитацией десантных операций в Нормандии? У каждой страны есть специальный отдел по проведению психологических операций во время боевых действий, которые находятся в режиме ожидания в мирное время и приходят в действие с началом войны. Единственное отличие в случае с СССР -- это то, что вся страна превратилась в такой отдел, в то время как война официально не была объявлена.

 

Вся та же страна, построенная на идеологии

 

По прошествии шестидесяти лет со дня смерти Ленина, Советский Союз остаётся тем же самым идеологическим государством, служащим целям мировой революции, как Ленин его и задумывал. То, что никто в наши дни не верит в догматы коммунизма, не имеет значения. В своём быту советские люди, может быть, и воспринимают идеологию как помеху, или как повод для сочинения анекдотов, которые рассказывают друг другу как простые люди, так и руководители страны. Но в конечном итоге коммунистическая партия строго контролирует все аспекты советской жизни, и внутри самой партии коммунистическая идеология не ставится под сомнение. Различия между миром коммунистическим и некоммунистическим до сих пор определяются как "противостояние" (непримиримое), и таковы же различия между противостоящими друг другу "классами" "капиталистического общества" -- пролетариатом и буржуазией.

 

То, что когда-то было утопией и мечтой, стало структурой и учреждением, и каждодневной работой миллионов людей. Советский Союз -- это не государство в традиционном понимании этого слова, а огромная и хорошо организованная армия бойцов идеологического фронта, крепость с сотнями организаций-ширм, тысячами изданий во всём мире и с гигантским бюджетом, возможно, превосходящим их военный бюджет.

 

Мысль, что страна находится в состоянии непрекращающейся войны с некоммунистическим миром -- основная черта советской жизни. Как и в нацистской Германии, миллионы людей воспитываются в духе милитаризма и ненависти, убеждённые всепроникающей пропагандой, что каждый иностранец -- шпион и по определению враг. В качестве примера этого мощного милитаристического воспитания, взгляните на один из номеров популярного советского журнала для дошкольников -- "Весёлые картинки". Выходящий тиражом в 9 миллионов, журнал посвящён прославлению военной традиции, прошлой и настоящей, восхвалению советской армии вцелом и пограничников в частности, потому что они "защищают ваше мирное и счастливое детство". В виду этого, нужно ли удивляться, что убийство трехсот пассажиров корейского авиалайнера не вызвало народного возмущения в Советском Союзе?

 

От нахождения в состоянии этой перманентной войны и происходит ставшая притчей во языцех советская скрытность. Практически всё -- от схематических карт местностей до телефонных справочников, от производственных планов фабрик до статистики несчастных случаев и природных бедствий -- считается официальной тайной. Недавно был введён новый закон, предусматривающий уголовное наказание (со сроком трёх лет лагерей) за передачу любой информации иностранцам или любому лицу, которое может передать информацию иностранцу. Этот новый закон, естественно, не применяется в случаях передачи настоящей военной информации. Это действие всегда каралось расстрелом.

 

На самом деле, советская система делает акцент не только на секретности, но и на преднамеренном культивировании паранойи. Многочсленные многосерийные телефильмы об иностранных шпионах, бесконечные фильмы о Второй мировой войне, непрерывные воззвания к бдительности и искусственно создаваемая международная напряжённость -- всё это рассчитано на то, чтобы поддерживать мобилизированный дух населения и, по сути дела, состояние военного положения.

 

Не удивительно что любая попытка советских граждан бежать в "капиталистическую страну" (или отказ вернуться обратно из поездки в такую страну) рассматривается советским законом как измена родине и приравнивается к дезертирству солдата и сдаче в плен вражеским силам во время войны (статья 64, часть 3 Уголовного кодекса Российской Федерации).

 

Патриотический обман

 

В такой политической обстановке стало ожидаемым, что если по какой-то случайности обычный советский человек входит в контакт с иностранцем, его патриотический долг состоит в том, чтобы ввести в заблуждение "врага". Таким образом, целые улицы выкрашивают свежей краской, мостят проезжие части и стелят красные дорожки в ожидании иностранных делегаций в каждом городе, колхозе, школе или заводе, которые делегация должна посетить. "Незапланированные встречи" (будто бы случайные и спонтанные) репетируются заранее. Еда и потребительские товары срочно доставляются в магазины и выставляются в витринах. Возможных возмутителей спокойствия прячут в тюрьму и закрывают на замок в психиатрических больницах, или их просто вывозят из города под удобным предлогом. И пусть страшатся те, кто попытается испортить картину процветающей и мирной советской жизни.

 

Таким же образом те, кому разрешён выезд за границу в рамках командировок (или в качестве туристов), проходят инструктаж касательно того, что следует говорить и что следует делать. Специальные агенты КГБ сопровождают такие группы для того, чтобы следить за их поведением, в то время как семьи выезжающих остаются дома в качестве заложников. Советский человек, путешествующий за границей, -- не гражданское лицо, а боец передовой в непрекращающейся идеологической войне.

 

Может показаться, что эти методы слишком грубы, чтобы ввести кого-либо в заблуждение. Однако, сам масштаб этого обмана слишком огромен, чтобы большое количество людей начало что-то подозревать. Среднестатистический житель Запада не готов к тому, чтобы столкнуться с колоссальной и дерзкой фальсификацией. Давайте вспомним, что в чудовищную фальсификацию верили миллионы людей на Западе в течение многих десятилетий. В самые страшные годы сталинского террора западные интеллектуалы превозносили его режим как самый справедливый и гуманный в мире и приветствовали его как предвестника будущего для всей планеты. Эта тенденция изменилсась только очень недавно, с прибытием тысяч беженцев из Венгрии, Чехословакии, Польши и Советского Союза, рассказывающих о пережитых ужасах. Только после того как были опубликованы десятки книг, разоблачающих советский режим (такие как "Архипелаг Гулаг" Солженицына), только когда правда о преследовании евреев и использовании карательной психиатрии в политических целях стала широко известна. Одновременно насаждение коммунистической модели привело к бедствиям повсюду -- то Камбоджи до Вьетнама, от Эфиопии до Анголы, от Кубы до Никарагуа. Только тогда "грубые" методы открытой советской пропаганды перестали быть эффективными. Не смотря на это, многие тысячи из тех, кто недавно посетил Советский Союз, возвращаются под впечатлением, что Советы, вне зависимости то того, какие там существуют проблемы (а у кого нет проблем?) -- это, в конце концов, просто страна, не так уж отличающаяся от других стран, и уж конечно не желающая ни с кем начинать никаких войн. Поэтому главная цель советской дезинформации -- это скрыть тот факт, что война, которую страна ведёт против некоммунистического мира, до сих пор продолжается. Как сказал доктор Геббельс, один из первых экспертов в этой области: "Ложь должна быть чудовищной для того, чтобы быть убедительной".

 

Комплекс мероприятий по промыванию мозгов

 

Робер Жилетт в своём репортаже из Москвы, опубликованном в газете Los Angeles Times 12 августа 1984 года под названием "Советы демонстрируют мирный фасад" описывает подробности мощной кампании по промыванию мозгов:

 

Спустя два века, показуха прекрасно продолжает существовать в России и является ключевой частью государственной пропаганды. Она в основном направлена на растущее число американских и западноевропейских активистов борьбы за мир, которые приезжают в СССР для того, чтобы своими глазами увидеть, на самом ли деле Советский Союз является безобидной и миролюбивой страной.

 

Некоторые возвращаются домой в разочаровании от тяжеловесности советской пропаганды и косности официальных лиц, которые, все, как один, настаивают на том, что "американский империализм" один виноват в существовании международной напряжённости.

 

Но сотни других, чья боязнь ядерного истребления, судя по всему, склоняет их принимать за чистую монету заверения СССР в своей доброжелательности, возвращаются после насыщенных турпоездок с сияющим в их голове образом СССР и его целей на мировой арене, образом, который имеет мало общего с тем Советским Союзом, который знают иностранные учёные, дипломаты, журналисты и бизнесмены, проживающие в нём.

 

Несмотря на то, что этих людей достаточно мало, этот фантастический образ, с которым они призжают обратно, усиливается десятками речей, которые многие из них начинают произность уже находясь дома -- на церковных и общественных собраниях в Соединенных Штатах -- перед в общей сумме десятками тысяч людей.

 

Принимающей стороной многих этих миротворческих турпоездок является советский Комитет защиты мира -- пропагандистский отдел центрального комитета коммунистической партии, возглавляемый Юрием Жуковым, опытным политическом обозревателем газеты "Правда". Жуков -- кандидат в члены ЦК КПСС.

 

С американской стороны названия организаций, спонсирующих миротворческие поездки в СССР, отражают питаемую ими надежду на то, что диалог с "простыми русскими" каким-то образом поможет снизить напряжённость в тех областях, где традиционная дипломатия терпит неудачу.

 

Например, группа под названием "Американо-советские мосты мира" ("US-USSR Bridges for Peace"), была основана в городе Норич, штат Вермонт, руководителями организаций, выступающих за мораторий на ядерное вооружение. Объединение, называющееся "Американо-советский гражданский диалог" ("US-USSR Citizens Dialogue") собрало простых американцев со всей страны для того, чтобы на самих себе испытать бурное и энергичное русское гостеприимство.

 

Организация, основанная в городе Вудмонт, штат Коннектикут, называющаяся "Содействие прочному миру, инкорпорейтед" ("Promoting Enduring Peace, Inc."), которая сообщает про себя, что она неполитическая и некоммерческая, подходит к вопросу более расслабленно. Она спонсирует летние "круизы мира" по Волге на яхте класса люкс, которая в брошюрах называется "Яхта-голубь". С момента прибытия в Ленинград или Москву, до момента отбытия десять дней или две недели спустя, страдающие от десинхроноза американцы погружаются в изнуряющих цикл банкетов, семинаров по вопросам мира, финансируемых госбюджетом митингов в защиту мира, посещений заводов, концертов народной музыки, и увиденных мельком пышных и помпезных православных церковных служб.

 

Некоторые американцы удивляются, когда видят на улицах русских, ведущих себя как обычные люди -- болтающих, часто улыбающихся, нянчащих своих детей. Когда эти эпизодические сцены советской жизни начинают не совпадать с описанными у Оруэлла образами репрессивного государства, они приходят к заключению -- с помощью принимающих их советских хозяев -- что обманывает их другая сторона.

 

Горизонты посетителей ещё более сужены тем фактом, что почти никто из них не говорит по-русски. И даже те из них, кто говорит, в целом не отдают себе отчёта, что большинство советских граждан при встрече с незнакомыми и любопытными иностранцами решают, что им лучше отвечать на их вопросы добросовестным изложением статей газеты "Правда", или изложением последней в обязательном порядке прослушанной лекции, на которой они были.

 

Путешествуя в сопровождении лощёных и общительных советских журналистов и специально подобранных экскурсоводов, владеющих разговорным американским английским, посетители слышат бесконечные тосты "за мир и дружбу". Часто в поездки включается посещение младших классов показательной школы, где ярко одетые дети дарят цветы иностранцам, а затем берутся с ними за руки и поют "We Shall Overcome".

 

"Мы, простые американцы, не привыкли к тому, чтобы находиться в актовом зале, в котором собралась вся школа и тебе аплодирует, -- рассказывал в Москве на пресс-конференции Уэйн Брайан, житель города Сан-Антонио, штат Техас, который принял участие в поездеке "Гражданский диалог". -- Мы держались с ними за руки и пели 'We Shall Overcome'. Это было очень трогательно".

 

Программы посещения школ и детских лагерей тщательно избегают любых разговоров о принудительных занятих по гражданской обороне и военному делу, обязательных и для мальчиков, и для девочек.

 

Посетители-американцы, многие из которых видят себя как представителей альтернативной дипломатии, не любят, когда настоящие дипломаты и другие прожвающие в СССР иностранцы говорят им, что их советские сопровождающие -- не журналисты и не гражданские активисты, выступающие за мир, в западном понимании этих слов, а пропагандисты, принадлежащие к этой существующей по советским законам профессии, которая не вызывает в СССР порицания или возмущения, и чьё дело -- не обеспечивать общество информацией, а направлять общественное мнение.

 

"Мы были ошеломлены теплотой, с которой нас встречали, слезами, и просьбами сохранить мир в такое трудное время", -- сказала Хелен Хамильтон, пресвитерианская активистка движения за мир из города Такома, штат Вашингтон, по возвращению из поездки, во время которой она встретилась с Валентиной Терешковой, импозантной женщиной, бывшей космонавткой, которая теперь возглавляет Комитет советских женщин.

 

"Возможно, у неё нет такой свободы, как у меня в её деятельности по защите мира, но она не пропагандист", -- отвечает Хамильтон с возмущением, когда журналист высказывает мнение о том, что работа Терешковой заключается в основном в пиар-обработке западных женских делегаций.

 

В одном городе за другим, делегации посещают военные мемориалы, где им говорят, что народ, потерявший 20 миллионов во Второй мировой войне, ни при каких обстоятельствах не может иметь агрессивные намерения в отношении других стран.

 

Немногие из иностранных визитёров догадываются, что они находятся в центре вихря рассчитанной на внутреннее потербеление пропаганды, разработанной для того, чтобы убеждать простых русских -- которые действительно хотят мира -- что гигантские военные инвестиции государства жизненно необходимы не только для защиты советской родины, но и для сохранения стабильности во всём мире и сохранения "достижений социализма" по всему земному шару, от Вьетнама до Кубы, от Афганистана до Польши.

 

Миротворческие турпоездки часто заканчиваются "пленарными заседаниями" и пресс-конференциями в просторном зале Советского комитета защиты мира, который, как ему и следует, находится на Проспекте Мира. Под тёплым светом телевизионных осветительных приборов советские журналисты из пресс-агентств Московское Радио, ТАСС и Новости задают вопросы, рассчитанные на получение ответов от американцев, которые были бы полны благодарности за тёплое гостеприимство и заставляющих их поверить, что теперь они -- часть жизненно важного соединительного звена между Востоком и Западом.

 

Энн Суаллоу, например, проповедница из Кэрмел-Валли, штат Калифорния, глава делегации Объединённой церкви Христа из северной Калифорнии и Невады, в июне рассказала на одной из таких пресс-конференций то том, что она и её делегация "благодарны за возможность внести вклад в разрушение стены недоверия". Не смотря на то, что их насыщенная турпоездка продолжалась всего две недели, она сказала, что члены делегации вынесли из неё для себя "более чёткое понимание невероятного разнообразия религий, культур, и даже идеологий", которое, как им показалось, существует в Советском Союзе.

 

Многие возвращаются после скороварочного русского гостеприимства с убеждением, что не смотря на антиамериканскую пропаганду, которую они призаются что слышали во время поездки, они, тем не менее, приняли участие в приносящем пользу диалоге, идущем по инициативе снизу, который начинает снимать "недоразумения", лежащие в основе американо-советской напряжённости.

 

"Мы ни в коем случае не являемся туристами, -- сказал Клинтон Гарднер, основатель организации "Мосты мира", на пресс-конференции в Москве в прошлом году. -- Мы достигли прорыва ... в изобретении нового типа диалога между народами. Я думаю, что советское общество готово с нами работать".

 

Ездящие в турпоездки западные активисты движения за мир часто реагируют с возмущением, когда им говорят, что их используют, и что их визиты служат интересам СССР. Во-первых, они ведут к ответным визитам в Соединенные Штаты и Западную Европу советских журналистов, священников, и официальных лиц Советского комитета защиты мира, чьи западные принимающие стороны представляют их, со всей искренностью, как обычных русских людей.

 

Во-вторых, приезжающие в СССР западные люди выдают кредит доверия направленной на советских граждан пропаганде и лигитимизируют её, когда посещают многие города и дают в каждом из них интервью местным журналистам. Русские, как и другие народы, с недоверием относятся к пропаганде, но когда они слышат из уст иностранцев похвалу в адрес силы и сплочённости советского "движения" за мир и мирной международной политики Москвы, они начинают больше к ней прислушиваться.

 

Советский Комитет защиты мира убедил многих из своих гостей в том, что не смотря на то, что он добросовестно повторяет точку зрения правительства, он является не официальной организацией, а центром движения за разоружение, которое поддерживается инициативой снизу и приблизительно соответствует подобным инициативам на Западе. Это ложное впечатление помогает снизить обеспокоенность, испытываемую некоторыми американскими и европейскими поборниками ядерного разоружения, когда им приходится оказывать одностороннее давление на правительства в своих собственных странах.

 

"Эту организацию неправильно называть "официальной", потому что она финансируется организациями, членство в которых добровольно, а не государством," -- настаивает Клинтон Гарднер из организации "Мосты мира", и он не один так думает.

 

О добровольном характере этих пожертвований регулярно рассказывается в новостях советского телевидения. Партийный лектор обращается со страстной речью к толпе вялых рабочих с пустыми лицами, стоящих в цеху. Кто-то с подиума призывает внести пожертвования в размере однодневого заработка в касКомитета по защите мира. Правые руки рабочих поднимаются одновременно, и предложение принимается без возражений. Русские, по крайней мере, понимают, что проголосовав "против", не смотря на личное убеждение в том, что мир необходим, они получат ненужные им проблемы.

 

Я привёл эту длинную цитату просто потому, что она даёт наилучшее описание советских механизмов "борьбы за мир", которое когда-либо появлялось в западной прессе. Оно демонстрирует, как благие намерения людей, живущих на Востоке и на Западе, используются для того, чтобы вводить друг друга в заблуждение, превращая их в невольные орудия в идеологической войне, которую ведёт Советский Союз. Никто в наши дни не обязан больше верить в идеологические догматы. С одной стороны, просто достаточно иметь бесконечное желание быть обманутым, а с другой стороны -- достаточно иметь такое же сильное желание подчиняться, для того, чтобы превратить обычное человеческое желание жить в мире в сильное политическое оружие.

 

Борьба за мир как инструмент внешней политики СССР

 

Прежде чем начать обсуждение последних событий в деле движения за мир, позвольте мне напомнить об основных пунктах, перечисленных в моём памфлете 1981 года "Движение за мир и Советский Союз". Вопреки заявлениям тех, кто, очевидно, невнимательно прочитал мой памфлет, и тем не менее раскритиковал его, я не приписывал появление движения за мир в Европе "коммунистическому заговору". На самом деле, верно обратное: "борьба за мир" всегда была краеугольным камнем советской внешней политики, чёткой позицией, открыто провозглашённой и прописанной во всех резолюциях коммунистической партии. Согласно советской идеологии, настоящий прочный мир может быть достигнут только после уничтожения капитализма, этого "рассадника разногласий и империалистических амбиций". Зачем, спрашивают они, братьям-пролетариям убивать друг друга после того, как они освободятся из-под "капиталистического гнёта"?

 

Более того, в соответствии с их идеологией, окончательная победа коммунизма в мире исторически неизбежна, и это означает, что им не нужно начинать мировую войну до тех пор, пока они не станут уверены, что выиграют в ней. Конечно, историю нужно стимулировать и помогать ей. Поэтому, война, которая ведётся "в интересах пролетариата" считается "справедливой войной", потому что они верят, что она приведёт к освобождению человечества от "оков капитализма", что в конечном итоге спасёт всех людей от войны.

 

На самом же деле, "борьба за мир" всегда была полезным инструментом советской внешней политики. Коммунисты всегда очень хорошо знали, что большинство людей в любой стране примут их власть только в самом крайнем случае -- только когда другие варианты будут абсолютно невыносимыми. Поэтому они очень хорошо умеют эксплуатировать невыносимые ситуации (и создавать их, как в Польше) и очень хитрым образом формируют политические события, создавая впечатление, что их правление -- это единственная альтернатива. Поэтому их оппоненты начинают выглядеть "неблагоразумными" и начинают казаться "врагами мира", в то время как коммунисты предстают в роли "миротворцев".

 

Кроме того, в идеологической борьбе гораздо более выгодно быть на стороне таких благородных целей как "справедливость", "мир" и "равенство". И в эту терминологическую игру СССР играет безукоризненно. Они действительно "миролюбцы", если принять их определение мира.

 

Можно найти достаточно примеров в современной истории для того, чтобы подтвердить постоянство советской "миролюбивой" политики, как я её описал выше  -- создание самого Советского Союза из пепла Первой мировой войны, хаос последовавшей за ней гражданской войны, "любовная связь" Москвы с Гитлером и события времён Второй мировой войны. После войны они говорили о мирных идеалах, одновременно пытаясь догнать Запад в гонке ядерных вооружений, используя эту пропаганду с целью заглушить общественное возмущение оккупацией Восточной Европы. А сейчас, пытаясь сохранить своё ядерное превосходство над Западом, они используют эту риторику снова для того, чтобы заставить замочать растущее число критиков советских авантюр в странах третьего мира и тех, кто критикует нарушения прав человка в своей собственной стране. Наконец, и, возможно, это является самым важным -- они используют дело мира для того, чтобы распространить своё политическое влияние в Западной Европе. Опять политические враги Советского Союза -- на этот раз ими оказываются западные демократии -- дискредитируются как "неблагоразумные", "безумные" и "милитаристические" просто потому что они не хотят мириться с "меньшим злом" советского доминирования и видеть в нём альтернативу ядерной катастрофе.

 

Также, вопреки истеричным протестам многих активистов, выступающих за ядерное разоружение, я не говорил в своём памфлете 1981 года, что так называемое движение в защиту мира состоит исключительно из проплаченных агентов СССР. На самом деле, я взял на себя труд повторить по крайней мере четыре раза на пятидесяти страницах, что, на мой взгляд, подавляющее большинство людей, принимающих участие в маршах за мир, действуют из лучших побуждений, хотя  они и сбиты с толку, наивны и испуганны. И, как всегда, появляется достаточно профессиональных политических спекулянтов, которые присоединяются к ставшей популярной борьбе за мир -- за мир любой ценой -- равно как и достаточно людей, которые стараются использовать атмосферу паники в своих собственных целях. Но также нет ни тени сомнения в том, что этой пёстрой толпой манипулирует горстка активистов, чьи непосредственные руководители находятся в Москве.

 

Неопровержимые доказательства

 

Факты, доказывающие этот последний вывод уже были известны к концу 1981 года. Прежде всего, односторонний характер движения за мир подозрительным образом воздерживается от осуждения советского империализма в Афганистане, Польше, и других странах, ровно таким же образом, каким это движение отказываются осудить нарушения Советским Союзом международных соглашений и договоров по правам человека. Оно протестует просто против планов США начать разработку и применение такого оружия как ядерные боеголовки с повышенным выходом радиации, крылатых ракет и ракет "Першинг", но только шёпотом упоминает о сотнях советских ракет SS-20. Они были рады бросать камни в генерала Хейга в Германии, но маршал Брежнев не вызвал у них такого взрыва гнева.

 

Также поступали сообщения о большом количестве коммунистов в руководстве самых больших организаций по защите мира, о том, что они диспропорционально представлены по отношению к количеству коммунистов среди рядовых членов. Также происходили переодические конфликты внутри движения за мир из-за влияния коммунистов на принятие решений, а также произошло несколько случаев, когда СССР был вовлечён непосредственно, как в случае с Арне Петерсоном в Дании.

 

Но самое большое количество доказательств советского участия в европейском движении за мир легко можно найти, читая советские газеты и сравнивая их с публикациями основных организаций движения за мир. Новые лозунги, придуманные в Москве, обычно доходят до страниц публикаций движения за мир в Западной Европе за один - шесть месяцев. Быстрота, с которой это происходит, говорит о близкой, если даже не прямой, связи между руководством движений за мир и хозяев в Кремле. Самый яркий пример того, как западноевропейские активисты следуют в укзываемом СССР направлении, был выбор последней недели октября в качестве времени для проведения в Европе больших демонстраций за мир. Это решение было сначало опубликовано в ходе Всемирного парламента народов за мир, который проходил в сентябре 1980 году в Софии, в Болгарии. Через месяц первые большие демоснтрации против ядерного оружия прошли в западноевропейских столицах.

 

Также можно проследить зарождение идущих на настоящий момент кампаний по борьбе за мир на основе конкретных действий Советского Союза. Согласно репортажам в советских газетах, само решение начать поддерживать активистов борьбы за мир на Западе было принято летом 1979 года, за год до того, как эта инициатива была запущена в Софии. Можно с лёгкостью восстановить логику, которая привела к этому решению. Если вспомнить, что начиная с 1977 года Советы применяли ракеты SS-20 с частотой один раз в неделю, мы с легкостью поймём, какую пользу движение за мир в Западной Европе принесло бы в деле срыва попыток Запада сравняться с ростом советского ядерного вооружения. Кроме этого, существовала необходимость не дать Западу критиковать вторжение СССР в Афганистан, которое произошло примерно в то же время, когда Кемль решил включиться в движениe за мир на Западе. В то время Советам не трудно было представить, какова будет реакция Запада на эти инициативы. Они, возможно, думали, что это будет означать конец разрядки, но знали, что в любой момент смогуть вернуться к своей старой стратегии холодной войны, в которой сочетались провокации и вечная советская "борьба за мир".

 

Болгарская конференция по вопросам мира

 

После года активной подготовки, начальные стадии кампании по борьбе за мир достигли больших успехов. "Конференция по вопросам мира" в Болгарии приняла 2260 гостей из 137 стран, представлявших, по их утверждению, 330 политических партий, 100 международных и более 300 неправительственных национальных организаций. Не подумайте, это не был очередной съезд международного коммунистического движения. Политический спектр был представлен исключительно широко: 200 членов различных парламентов, 200 профсоюзных лидеров, 129 ведущих деятелей социал-демократии (из них 33 члена своих национальных исполкомов), 150 писателей и поэтов, 33 представителя различных "национально-освободительных движений" (включая такие, как Ассоциация в защиту гражданских прав в Северной Ирландии), представители женских (как "Национальная Ассамблея Британских женщин") и молодежных организаций, Всемирного Совета Церквей и других религиозных организаций, 18 представителей различных комитетов и комиссий ООН, представители Организации Африканского Единства и ОПЕК, бывшие военные, и представители 83 коммунистических партий ("Правда", 23-29 сентября, 5 ноября 1980 г.; "Известия", 23, 24, 27, 28 сентября 1980 г.).

 

Собрать такой широкий спектр людей, придерживающихся таких разных политических взглядов для того, чтобы они приняли участие в политической конференции в коммунистической стране -- нелёгкая задача при любых обстоятельствах. Вероятность того, что их присутствие может быть воспринято как поддержка советской агрессивной и репрессивной политики и при обычных обстоятельствах удержала бы их от принятия участия. В прошлом даже некоторые коммунистические партии колебались бы относительно того, присылать ли им или нет своих представителей. Однако то, что произошло на этот раз было действительно невероятно: эти 2260 человек единогласно проголосовали за принятие абсолютно просоветского "Устава народов за мир" и "Плана действий". Как могло это произойти после советской оккупации Афганистана, в то время, когда многие западные спортсмены отказались принимать участие в Московской олимпиаде?

Конечно, можно догадаться, что все эти "представители" были заранее тщательно подобраны (как-никак у СССР было больше года для того, чтобы подготовиться), и что были приглашены только те, о ком было известно, что "дают слабину" когда дело идёт о вопросе сохранения мира. Тем не менее, одно только это не смогло бы обеспечить такой потрясающий успех. Понятно, что это сборище было организованно не советским правительством или коммунистической партией, а Всемирным советом мира. Однако, кто не знает, что этот совет -- ширма? Более того, место проведения тоже было тщательно выбрано -- Болгария, а не Чехословакия или Восточная Германия, и тем более не Советский Союз. Тем не менее, кто бы поверил, что Болгария смогла организовать международную конференцию независимо от своих советских хозяев?

 

Использование Советским Союзом "абсолютных ценностей"

 

Причина успеха этой конференции заключается в том простом факте, что СССР невероятно ловко умеет промывать людям мозги. Один из самых успешных трюков, то же самый, что лежит в основе коммунистической идеологии -- это предъявить человеку "абсолютные ценности". Таким образом Советы навязывают в качестве неопровержимого идеала, достижимого только через коммунизм, абсолютное и вечное счастье человечества. Таким же образом, абсолютное и необратимое разрушение всего земного шара, изображаемое ими в ужасном виде в многочисленных документальных фильмах, является другой "абсолютной ценностью", только со знаком минус. Релятивизм -- трудная для понимания концепция, а жить с ней ещё труднее. Абсолютная ценность, с другой стороны -- будь то положительная или негативная -- избавляет нас от душевных мук, вызываемых необходимостью постоянно выбирать между чем-то хорошим и чем-то ещё лучшим, между чем-то плохим и чем-то ещё хуже. Но она также отбирает у нас свободную волю. Она порабощает нас.

 

Эта тема бесконечна, и я не хочу углубляться и писать длинное философское эссе. Но необходимо прокомментировать печально известное решение американских католических епископов заявить о том, что ядерное оружие аморально. Христианская мораль -- основа нашей цивилизации, и никто ни на секунду не должен верить, что у епископов есть на неё монополия. В моём понимании христианская доктрина отрицает простую арифметику в вопросах морали. Человеческую жизнь она провозглашает бесценной, и одна жизнь так же бесценна, как и двенадцать жизней. Следовательно, как могут они высчитывать, что ядерная война аморальна, в то время как обычная война -- нет? Не стоит забывать, что обычная Вторая мировая война унесла около 50 миллионов жизней. Было ли морально или аморально защищаться от агрессии Гитлера?

 

Как я говорил уже ранее, абсолютные ценности отбирают у нас свободу выбора. Как правильно заметил однажды Сидней Хук, "Те, кто говорят, что жить стоит во что бы то ни стало, уже написали сами себе позорную надгробную надпись, потому что нет человека и нет дела, которых они не предадут ради того, чтобы остаться вживых". Действительно, такие одобрительные высказывания в пользу аморальности удивительно слышать от божьих пастырей, которые, в конце концов, должны быть более озабочены душой человека, нежели его выживанием.

 

Как бы там ни было, на практике именно психологический соблазн абсолютных ценностей лежит в основе потрясающего успеха советской пропаганды в Софии и других местах. Во имя абсолютных ценностей от людей требуют предать нормальные ценности. После того, как их в достаточной мере запугают ужасами возможного ядерного истребления, им откровенно говорят, что Запад толкает мир к грани катастрофы, вводя экономические санкции в отношении восточного блока и бойкотируя культурный обмен и спортивные мероприятия (в ответ, конечно, на советское вторжение в Афганистан и преследования учёных в СССР). Для того, чтобы  убрать с повестки дня вопрос о правах человека, который определённо держит их в напряжении, Советы выдумали новый лозунг: "Люди имеют право на мир и это их основное право".

 

И у них всё получилось. В конце концов, кому какое дело, сколько людей Советы арестовывают, пытают или убивают, в то время как основная задача -- это спасти человечество от гибели? Неудивительно, что никто Советам не задал самые очевидные вопросы: Если вы так заботитесь о предотвращении массового уничтожения людей, тогда почему вы продолжаете угнетать свой и другие народы? Почему вы продолжаете находиться в Афганистане? Почему вы сами не разоружитесь односторонним образом, так, как вы требуете этого от нас? Нет, никто не задал эти вопросы потому что известно, что с Советами разговаривать "невозможно", в то время как про Запад известно, что он всего-навсего "неблагоразумен" и часто уступает, если на него надавить.

 

Дипломатия вместо неудобных вопросов

 

Вместо того, чтобы задавать Советам неудобные вопросы, люди, принадлежащие к самым разным профессиям, внезапно озаботились постижением искусства дипломатии. "Абсолютные ценности" завладели их умами. Их испугали советские угрозы, применение Советами ракет SS-20 и демонстративные уходы СССР из залов заседаний, где велись переговоры по сокращению вооружений. Поэтому американские организации, принимающие советские делегации, начинают возмущаться, когда кто-то пытается задавать их гостям неудобные вопросы о нарушениях прав человека или о преследованиях евреев в Советском Союзе. Такие вопросы считаются недипломатичными и вредящими отношениям между США и Советским Союзом. Оправдывая своё решение возобновить научный обмен с Советским Союзом в то самое время, когда Андрей Сахаров, по сообщениям, умирал в ссылке, Президент Американской национальной академии наук, Фрэнк Пресс, сказал: "Несмотря на продолжающуюся озабоченность касательно Сахарова, существуют вопросы такой высокой важности относительно будущего человечества, что мы приняли решение продолжать их обсуждать с нашими визави в СССР. В этом отношении контроль над вооружениями и международная безопасность безусловно являются высокими приоритетами. У членов нашей организации сформировано мнение по этому вопросу".

 

Уважаемый учёный, не испытывающий симпатий в отношении СССР, профессор Джон Кеннет Галбрэит, внезапно обращается к своим читателям с очень оптимистичным взглядом на советскую экономику и даже высказывает мнение, что советские люди зарабатывают слишком много. Почему?

 

"Меня не привлекает советская система, но я являюсь приверженцем необходимости контролировать рост вооружений, и приверженцем той мысли, что после обмена ядерными ударами, даже самый проницательный идеолог не сможет отличить пепел коммунизма от пепла капитализма. Но для того, чтобы контролировать ядерное оружие, необходимо иметь хотя бы малую толику доверия между двумя странами". (Журнал The New Yorker, 3 сентября 1984).

 

Поэтому, во время своего недавнего "визита в Россию", он обращал внимание только на сходства между американским и советским обществом. Он даже даёт советской принимающей стороне советы относительно того, как они могут улучшить имидж коммунизма:

 

"Когда в Советском Союзе расходная часть дохода становится выше уровня доступности самых востребованных товаров, в магазинах собираются очереди. Мы видели однажды такую очередь, когда ехали мимо большого торгового центра на окраине Ленинграда. Стоять в очередях неприятно; перебои с товарами из-за которых они возникают, рассматриваются как несостоятельность правительства или несостоятельность системы. Я спросил у тех, кто меня принимал, не было бы более мудро сократить доходы людей соразмерно наличию товаров, так как зарплаты, как-никак контролируются государством. В результате люди начнут думать, что их неспособность что-то купить происходит из-за их неспособности заработать достаточно денег, а не из-за неспособности экономической системы обеспечить их товарами, которые они хотят приобрести. Несомненно, так будет лучше для репутации системы". (Там же).

 

Что касается вопроса о ядерном разоружении, то "это та цель, которой нужно добиваться в основном в своей собственной стране". (Там же).

 

 

Советское влияние на движение за мир

 

Опять, на этот раз через "движение за мир" советская пропаганда смогла поймать на удочку достаточно большое количество людей на Западе. Уже сумев возглавить это движение морально, нетрудно было возглавить его и в организационном плане. Как-никак, если мы соглашаемся с постулатом о "мире любой ценой", то мы должны все объединиться, вне зависимости от наших прошлых преступлений, политических разногласий и убеждений, для того, чтобы выжить. Именно этот посыл озвучил глава советской "делегации" В. Н. Пономарёв (кандидат в члены Политбюро и глава международного отдела ЦК) в речи, произнесённой перед делегатами на конференции в Софии. И этот посыл был принят единогласно, не только советскими делегатами, но и западными тоже, католическими священниками, так называемыми демократами, либералами, лидерами профсоюзов, а также активистками движений женского "освобождения". Не смотря на всю нашу западную толерантность, разве не поразительно видеть западных людей, которые, не смотря на свои разные политические цели, маршируют, взявшись за руки с представителями советской компартии "для того, чтобы спасти человечество"?

 

Что эти массы "вдохновлённых" людей очевидно не знают, так это то, что коммунисты не способны на нормальное человеческое сотрудничество -- они могут быть либо твоими врагами, или тобой повелевать. Достаточно только взглянуть на то, что произошло с партией лейбористов в Великобритании для того, чтобы понять этот простой факт. (Происходящее внутри Лейбористской партии типично для любой левоцентристской политической организации, особенно в Европе (включая Социал-демократическую партию Германии): их обычно захватывают изнутри левые радикалы и коммунисты, кроме тех случаев, когда они раскалываются. Скандалы со скрытым проникновением коммунистов в британскую Лебористскую партию продолжались несколько лет, пока умеренная её часть не отделилась и не создала Социал-демократическую партию несколько лет спустя. Лейбористская партия Великобритании сегодня испытывает сильное влияние своих коммунистических элементов, и её программа на 1984 год включает в себя одностороннее ядерное разоружение, выход из НАТО, а также ряд экономических реформ восточноевропейского типа). Поэтому, очень быстро маленькие и почти забытые европейские коммунистические партии возглавили "движение за мир" в Европе.

 

Этот факт теперь, три года спустя, стал общеизвестным. В статье под названием "Рассказ о том, кто стоит за британской Кампанией за ядерное разоружение" (Wall Street Journal, 22 февраля 1983) Дуглас Иден проливает свет на тот факт, что в руководстве британской Кампании за ядерное разоружение (CND) есть много членов из Коммунистической партии Великобритании, и что резолюции конференций CND повторяют слова резолюций ежегодной конференции Коммунистической партии. Более подробные детали о том, как коммунисты манипулируют CND, содержатся в прекрасной статье Алуна Чалфонта в журнале Encounter, и похожие факты относительно влияния коммунистов на движения за мир в Германии и Нидерландах можно найти в статье доктора Винфреда Джошуа в журнале Strategic Review. (Lord Chalfont, "The Great Unilateral Illusion", Encounter magazine, April 1983; Wynfred Joshua, "Soviet Manipulation of the European Peace Movement", Strategic Review, Winter 1983). Последняя статья также приводит большой объём информации об уровне задействованности СССР в "движении за мир" в Соединенных Штатах.

 

Доказательств прямого советского участия в западном движении за мир так много, что можно составить длинный каталог фактов и ссылок. Например, в Швейцарии, где обнаружилось, что пресс-агентство Новости полностью управляло движением за мир, швейцарское правительство закрыло бернское бюро Новостей, выслало из страны шефа бюро и настояло на том, чтобы был выслан советский дипломат, который, по их мнению, был сотрудником КГБ, курировавшим работу местного отделения Новостей. Министерство иностранных дел Швейцарии направило жёсткую ноту протеста советскому посольству, обвиняя Новости в "продолжающемся серьёзном вмешательстве в дела Швейцарии, которые не соответствуют" обычным функциям новостного агентства в нейтральной стране. Резко сформулированная нота протеста и другие официальные швейцарские документы утверждали, что Новости принимали участие в политической деятельности, начиная с подготовки демонстраций против ядерного оружия и организации антиамериканских митингов, до руководства демонстрацией, которая прошла внутри зала заседаний швейцарского парламента и распространением дезинформации. (John Vinocur, "West European Foes of New U.S. Missiles Often Find KGB Men in Their Midst", New York Times, July 26, 1983; Associated Press Dispatch, April 29, 1983; John Barron, "The KGB's Magical War for Peace", Reader's Digest, October 1982).

 

В то время как эскапады СССР в Швейцарии были жёстко и последовательно пресечены швейцарским правительством, американские официальные лица не смогли справиться с проблемой советского влияния на движение за мораторий на ядерное оружие. Продолжая страдать от "антимаккартистского" комплекса, директор ФБР в кратчайший срок заверил озадаченых американцев, что не существует абсолютно никаких доказательств тому, что Советы манипулируют американским движеним за мораторй, и эта линия быстро была подхвачена "разведсообществом". Однако не нужно ни сообщества, ни большого ума, для того, чтобы увидеть, что весь тезис "моратория на ядерное оружие" пришёл из Советского Союза, и началось это конкретно с личного обращения Брежнева в 1981 году. Очевидно, местное разведсообщество не читает речи Брежнева. Тем не менее, сообщество даже очень неумных людей должно задаться одним очень простым вопросом: Почему советские инициативы -- от "поддающегося проверке моратория" до "неприменения первыми" ядерного оружия и "демилитаризации космоса" -- всегда подхватываются западными "движениями за мир", в то время как инициативы американского и западноевропейских правительств игнорируются и часто высмеиваются?

 

Что особенно важно, Советы даже не пытаются скрыть тот факт, что они манипулируют "движениями за мир" в Западной Европе. Более того, они открыто признают, что они оказывают им финансовую поддержку. В номере журнала пресс-агентства Новости "Спутник" за февраль 1982 года (журнал выходит на английском, французском, немецком и русском языках), появилась редакционная статья, которая объясняла с удивительной откровенностью, какая цель преследовалась при создании советского Фонда Мира: оказывать финансовую поддержку организациям, движениям и людям, "борющимся за мир и разоружение" и спонсировать международные конгрессы, симпозиумы, фестивали и выставки для того, чтобы дать этим организациям и людям возможность координировать свою деятельность на международном уровне.

 

Позже, 30 апреля 1982 года, статья в газете "Правда", написанная главой Советского комитета защиты мира Юрием Жуковым (который также является членом ЦК коммунистической партии) сообщила о том, что советские люди с энтузиазмом вносят деньги в советский Фонд Мира. По словам Жукова, около 80 миллионов советских людей уже сделали взносы. Более того, 31 мая 1982 года "Правда" сообщила, о том, что начиная с этого дня советские люди обязаны сделать взнос в советский Фонд Мира в размере оплаты одного трудового дня. Сумма, собранная таким образом, становилась астрономической: в среднем советский работник зарабатывает пять рублей в день; умножение этой суммы на количество "жертвователей", названное Жуковым -- 80 миллионов -- означало, что в советский Фонд Мира будет внесено 400 миллионов рублей.

 

Конечно, часть этой суммы будет использована внутри Советского Союза, проинформировал нас Юрий Жуков, для поддержки 120 региональных комитетов по всей стране. Тем не менее, если предположить, что каждый региональный комитет имеет, к примеру, 20 сотрудников, работающих на полную ставку (в Великобритании головной офис Кампании за ядерное разоружение насчитывает 19 сотрудников), у нас в общей сложности получится 2400 сотрудников, работающих полный рабочий день во всей организации в Советском Союзе. Умножив их количество на годовую зарплату среднего советского работника, которая составляет 2000 рублей, мы получаем меньше пяти миллионов рублей в качестве суммы, уходящей на оплату труда сотрудников советского Фонда Мира в СССР. Даже если прибавить к этой сумме расходы на поездки, оплату телефона, канцелярские товары, аренду помещения и оплату коммунальных услуг, эта сумма не превысит 10 миллионов рублей.

 

Давайте тогда предположим, что советский Фонд Мира спонсирует поездки в Советский Союз примерно пятидесяти тысяч западных гостей ежегодно. Давайте также предположим, что их принимают как королей, на что будет уходить не более 5 тысяч рублей за поездку. Даже такой очень щедрый расчёт даст нам в результате 250 миллионов рублей. Прибавив к этой сумме 10 миллионов рублей, уходящих на поддержку комитетов внутри Советского Союза, мы получим в общей сложности 260 миллинов рублей в качестве примерной суммы, за которую сможет отчитаться советский Фонд Мира. Следовательно, если мы будем вести расчёты, основываясь на минимальном уровне пожертвований и максимальном уровне трат на деятельность внутри страны, у нас всё равно останется 140 миллионов рублей на траты за пределами Советского Союза -- деньги, идущие на спонсирование международных конференций, фестивалей и выставок, и на поддержку деятельности движений за мир на Западе. Даже если эту сумму конвертировать по курсу чёрного рынка, у Советов остаётся порядка 35-45 миллионов долларов. По официальному курсу эта сумма составила бы 233 миллиона.

 

 

Западные сомнабулы

 

И наконец, подтверждение того, что СССР манипулирует движением за мир пришло от руководителя Движения за европейское ядерное разоружение (END), от профессора Э. П. Томпсона. В своей удивительной статье Томпсон критикует своих коллег по движению за мир, называя их "сомнабулами", которые либо не видят, либо отказываются принимать во внимание советскую стратегию по отношению к движению за мир на Западе. (Guardian, April 14, 1983). Томпсон пишет:  "Сомнабулы из движения за мир не видят в этом никакой пробелмы. Соединенные Штаты вмешиваются постоянно в политические дела Западной Европы, но тот факт, что Советский Союз успешно проделывает то же самое -- это нечто новое. И вектор достижения некоторых ближайших целей Советского Союза совпадает с вектором достижения целей движения за мир. Ведь они таким же образом выступают против крылатых ракет, как и самый преданный западный активист". Томпсон продолжает: "... одновременно с советским миротворческим наступлением, неуклюжие попытки предпринимаются сейчас для того, чтобы расколоть движение за мир на Западе и привести его в соответствие с советской стратегией. Сейчас мы наблюдаем большие потоки назойливых посредников в мирном урегулировании между Востоком и Западом, мини-конференции в Москве (на которые приглашаются тщательно проверенные люди) и подготовку к гигантской презентации под названием "Мирная ассамблея" в Праге".

 

В другой статье Э. П. Томпсон пишет:

 

"Мы не испытываем особой необходимости в наставлениях Юрия Жукова, Президента Советского комитета защиты мира. Тем не менее в течение нескольких последних месяцев мы получали от него -- как и из других источников в Советском Союзе и в Восточной Европе -- весьма многочиселнные инструкции. ... И Жуков, и его друзья из Всемирного совета мира стараются по старой привычке 50-х годов расколоть наше движение и подчинить его советской гегемонии.  Для русских мы всего лишь навсего фоновая музыка, и при этом не достаточно громкая для того, чтобы повлиять на выборы в Германии. Наши пробелмы усугубились в последние месяцы из-за неумелого советского вмешательства в западную политическую жизнь (включая вмешательство в деятельность движений за мир). ... Мы готовы вступать в дискуссию с официальными организациями в СССР и Восточной Европе, но при условии, что таки дискуссии будут вестись на честных и равных условиях, а не на условиях, которые втягивают нас в некий просоветский театр или пропаганду". (E. P. Thompson, "Peace and the East", New Society, June 2, 1983, pp. 349-352).

 

 

Что изменилось в движении за мир?

 

Очевидно, что эти цитаты из статей Э. П. Томпсона указывают на кризис "движения за мир" в Западной Европе. Это ощущение кризиса и даже возможного раскола усиливается сообщениями об отставке наиболее видной фигуры в Партии Зелёных Германии -- бывшего генерала Герта Бастиана, вызванной захватом ключевых позиций в партии членами Марксистско-ленинской коммунистической лиги. По данным, изложенным в статье в газете New York Times (10 февраля 1984 года), Бастиан сказал, что сложившаяся ситуация подорвала позицию приверженности ненасильственным мерам и позицию беспристрастности, которых придерживалась Партия Зелёных относительно противостояния между странами НАТО и странами Варшавского Договора, создав "сильное антиамериканское подводное течение". Что произошло?

 

Начать хотя бы с того, что постоянный поток критики, направленной на тот факт, что движение за мир ориентировано просоветски, заставило многих активистов движения за ядерное разоружение занять более неодобрительную позицию в отношении Советского Союза. Лидеры движения за мир не могут, например, продолжать, как и прежде, игнорировать проблемы советских ракет SS-20, при этом осуждая распространение ядерного оружия. Также они не могут продолжать молчать по вопросам Польши и Афганистана.

 

Сначала Москва терпела критику советской политики, направленную против ракет SS-20. Глава Советского комитета защиты мира Юрий Жуков говорил: "Каков наш лозунг? Нет ядерному оружию в Европе -- на Востоке и на Западе. Нет ядерному оружию во всём мире. Мы говорим, что мы против американских ракет, советских ракет, французских ракет, британских ракет, китайских ракет. Буржуазная пресса аболютно замалчивает это".  (Guardian, April 14, 1983).

 

Позже, однако, по мере того как осуждение советской позиции начало возрастать среди представителей западных движений за мир, Советский Союз начала раздражать нейтральная позиция, занятая умеренными. Она стала слишком опасной для СССР. Из-за неё возникает вероятность того, что движение за мир расколется на просоветскую часть и более умеренную часть.

 

Как писал Э. П. Томпсон в июне 1983 года, "С одной стороны, Юрий Жуков и функционеры во Всемирном совете мира обвиняют некоторых из нас в том, что мы являемся "антисоветскими элементами". С другой стороны, Майкл Хейзелтайн и монсеньёр Бруно Хайм обвиняют некоторых из нас в том, что мы являемся "полезными идиотами" и апологетами советской агрессии".

 

Первый удар был получен, когда в Польше было введено военное положение. Как совершенно справедливо настаивает Томпсон, "невиданные до сей поры демонстрации, прошедшие в столицах Западной Европы с октября по ноябрь 1981 года [собрали] более двух миллионов человек. Почему на улицы не вышло три или четыре миллиона  весной и летом 1982 года? Прична -- военное положение в Польше и подавление "Солидарности".

 

Второй удар исходил из самой позиции СССР -- его отказа ликвидировать часть своих ракет SS-20 в качестве первого шага к ядерному разоружению. Американское предложние о выводе всех советских и американских баллистических ракет средней дальности из Европы, переговоры в Женеве, энергичная пропаганда, распространяемая людьми, приверженными идее многостороннего разоружения -- все эти события ослабили откровенную просоветскую позицию многих активистов борьбы за мир.

 

Но самый сильный удар был нанесён, когда начались гонения на независимые движиеня за мир в Восточной Европе, особенно в Восточной Европе и Советском Союзе. В своём письме Брежневу в сентябре 1982 года двадцать руководителей различных движений за мир в США писали следующее:

 

"Двойные стандарты, которых придерживается советское правительство -- аплодируя широким дискуссиям на Западе, в то же самое время растаптывая самые мягкие формы выражений свободных мнений в своей собственной стране -- только усиливают сложные причины, по которым гонка вооружений продолжается.  Новые репрессии на Востоке, особенно подавление независимых голосов, выступающих за мир, ослабят движения за мир и на Западе и могут -- если не принять мер -- представить их в крайне невыгодном "просоветском" свете".

 

В том же ключе Томпсон спрашивает:

 

"Но что мы можем сделать в этой ситуации? Отказ ехать на конференцию [в Праге] многие могут рассмотреть как отказ "разговаривать с другой стороной", а это то, чего все сейчас хотят. Решение поехать может быть рассморенно как потворствование советской оккупации Чехословакии ... а также согласие с преследованиями гражданских активистов, пытающихся вступить в диалог с западными движениями за мир. Этот вопрос ставит нас в трудное положение и вызывает такие расхождения во мнениях, какие не способна создать никакая пропаганда президента Рейгана".

 

Несмотря на все эти сомнения, европейское "движение за мир" решило направить своих представителей в Прагу, прекрасно зная, что, как выражается Томпсон, "средства массовой информации на Западе нас всех разоблачат, без разбора, как советских марионеток" и что "это мероприятие принесёт больше вреда делу защиты мира и разобщит демократов на Востоке с силами тех, кто борется за мир на Западе". Он далее пишет:

 

"Принцип солидарности с неофициальными и независимыми силами другой стороны был принят большинстовом членов различных европейских и американских организаций, борющихся за мир, принявших участие во Второй европейской конвенции по ядерному разоружению, проходившей в Западном Берлине в прошлом месяце [мае]. К сожалению, официальные восточные "комитеты защиты мира" пробойкотировали эту конвенцию, в то время как нашим независимым друзьям из Восточной Германии, Венгрии, Советского Союза и Чехословаки было отказано в выездных визах и они не смогли принять в ней участие".

 

Тем временем, наладились личные контакты между активистами западных движений за мир и руководителями независимых групп, выступающих за защиту мира в восточном блоке. Теперь, во время своих паломничеств в Москву, у западных активистов движения за мир становится меньше предлогов для того, чтобы не навещать своих визави. Они неминуемо становятся свидетелями преследований со стороны КГБ и общей репрессивной атмосферы советского режима, и постепенно узнают то, что я пытался объяснить им два года назад в моём памфлете: что репрессии внутри страны и внешняя агрессия советского режима неразделимы. Они внезапно узнают, что как, говорит Томпсон, "у этих плачущих бабушек, продолжающих носить цветы на прошлогодние могилы, нет слёз для Афганистана, как их не было в 1968 году для Чехословакии. Советские люди будут поддерживать приготовления своих правителей к любым воинам, которые будут вестись "во имя защиты мира". (Guardian, February 21, 1983). И наконец, повторяя почти слово в слово то, что я написал двумя годами ранее, он говорит, что "Глупо пытаться вычленить концепцию "гонки ядерных вооружений" из её идеологичекого и политического контекста, частью которого она является". (Там же).

 

 

Проблемы СССР

 

Протестующие женщины, оккупировавшие Гринхэм Коммон -- одну из баз Королевских военно-воздушных сил Великобритании -- возможно, доставляют неприятности британскому правительству, но они также стали проблемой и для СССР. Во время своего визита в Москву в мае 1983 года они привели с собой участника неофициальной русской группы по защите мира на официальную встречу с Комитетом защиты мира советского правительства, таким образом заставив советских официальных лиц выслушивать русского диссидента на заседании официального форума. (Times, May 27, 1983). Защищая арестованных участников московской независимой группы по защите мира, женщины Гринхэм Коммон упрекали пригласившую их сторону: "Пикетировать советское посольство можно таким же образом, как и военную базу Гринхэм Коммон". (Там же).

 

Очевидно, что когда активисты борьбы за мир на Западе откажутся ходить на демонстрации, на которых присутствуют коммунисты, когда будет разорван этот вдохновлённый Советским Союзом альянс, и когда толпы людей в европейских столицах начнут требовать освобождения арестованных активистов движения за мир в Восточной Германии, Советском Союзе, Венгрии и Чехословакии так же настойчиво, как они протестуют против ядерного оружия -- тогда настанет день, когда политическое оружие Советов под названием "мир" будет обращено против них же.

 

Конечно, Советы осознают опасность потери контроля над западным "движением за мир". Но что они могут поделать? Выслать всех независимых активистов из Советского Союза? Если это произойдёт, сотни и тысячи русских, подающих на выездную визу, могут тогда вступить в различные неофициальные движения за защиту мира. Возможно, они попытаются расколоть движение за мир на Западе, и Томпсон верит, что они этим сейчас и занимаются. Но кто знает, сколько в таком случае останется активистов, поддерживающих политику Москвы?  За исключением товарищей коммунистов?

 

Ясно одно: советское руководство не может позволить, чтобы независимое движение за мир процветало в Советском Союзе, или в каком-либо из его сателлитов, потому что они просто не могут выносить существование любых независимых политических движений на своих границах. Теперь это вдвойне так, когда их войска находятся в Афганистане.

 

Также Советский Союз не может позволить западным "движениям за мир" расколоться самим -- то, что уже происходит во многих странах. Как уже сообщалось в радиопередачах на московских коротких радиоволнах, этот факт беспокоит Советский Союз и стал причиной созыва специальной конференции представителей антивоенных движений Европы и Северной Америки в Хельсинки в октябре 1984 года:

 

"Особое внимание было уделено чёткому определению целей антивоенного движения в его деятельности на данном этапе. Многие делегаты, в том числе из Соединенных Штатов, Великобритании, Бельгии и Франции, принадлежащие к различным политическим течениям, единогласно отметили, что враги мира применяют сложные методы для подрыва антивоенного движения, в попытке заставить его сбиться с курса борьбы с ядерным оружием, и толкают его на путь пересмотра существующих границ в Европе и вмешательства во внутренние дела социалистических стран. Выступающие на конференции разоблачили и осудили манёвры тех, кто пытается разъеденить антивоенное движение, раскалывая его на так называемые западные и восточные группы...". (Репротаж специального корреспондента Московского Радио Александра Пагадина из Хельсинки, Североамериканская служба (короткие волны), 8 октября 1984 года: 4:20, 8:20, 9:20 и 11:20 вечера).

 

Позиция Запада

 

Насколько хорошо западные политики способны разглядеть это развитие событий? Или, более точно, насколько хорошо они понимают, что вопросы гонки вооружений и разоружения не существуют в отрыве от более широкого контекста отношений между Западом и Востоком? Понимают ли они, что имеют дело с идеологической войной, которая имеет мало отношения к самой военной технике?

 

Судя по их поведению в "дискуссии по ядерному оружию", я бы сказал, что они не осознают этого достаточно чётко. Даже опуская такие сомнительные политические решения, как недавнее одобрение Конгрессом моратория на ядерное оружие [1983], сегодняшняя политика западного альянса по вопросам ядерного оружия выглядит жалко. Она полностью состоит из пассивных реакций на советские шаги, советские предложения и советские риторические упражнения.

 

Конечно, были и некоторые успехи, как, например, предложение президента Рейгана по выводу из Европы всех американских и советских баллистических ракет средней дальности, и великолепная резолюция ООН, принятая в декабре 1982 года, защищающая права людей на организацию движений за мир.

 

Но эти боязливые шаги в правильном направлении никогда не переросли в чёткую стратегию Запада, не смотря на то, что необходимость в такой стратегии и направление для неё были очевидны. Как только в демократической стране возникает массовое политическое движение при хорошей огранизации и хорошем финансировании, его нельзя с лёгкостью разрушить.

"Мы, родившиеся и выросшие в атмосфере террора, знаем только одно средство защиты прав: позиция гражданина". Владимир Буковский в июне 1979 года в Институте Американского Предпринимательства. 
FinancialTimes.png
"Запад дал миллиарды Горбачеву, и сейчас из них невозможно найти ни одного доллара". Интервью Владимира Буковского газете The Financial Times, 1993 г. 
Boekovski1987.jpg
"Мир как политическое оружие". Владимир Буковский о связях компартии СССР и движением за мир в США и Западной Европе. 
zzzseven.jpg
"В Советском Союзе только человек, которому грозит голодная смерть, решится на такую крайность, как забастовка". Выступление Владимира Буковского на конференции Американской федерации труда. 
"Старая номенклатура руководит всеми исполнительными функциями этого предположительно нового "демократического" государства". Аналитическая статья Владимира Буковского о первых ста днях правления Ельцина.  
pacifists2.jpg
"Пацифисты против мира". Владимир Буковский о "борьбе за мир" как о мощном оружии в руках коммунистов. 
NinaI.jpg
"Тремя днями ранее, два офицера КГБ, мужчина и женщина, пришли в квартиру Нины Ивановны и сказали ей, что их депортируют вместе с сыном, и что у неё три дня, чтобы собрать вещи". Репортаж Людмилы Торн из первого дома Буковских в Швейцарии. 
bethell.jpg
"Он стал одним из её советников по Советскому Союзу, подспорьем в её готовности бросать вызов коммунизму при любой возможности." Лорд Николас Бетэлл рассказывает о том, как познакомил Владимира Буковского и Маргарет Тэтчер.
"Буковский был таким гигантом, что даже в самой толще тюремного мрака встречал темноту светом. Такой силы был его огонь, что долго находиться рядом и оставаться прежним не было возможным". Алиса Ордабай о Владимире Буковском.
Pankin.jpg
"С окрашенным миролюбием скепсисом он подержал в руках и полистал паспорт, который я ему протянул после обмена обычными для первых минут знакомства фразами". Борис Панкин, посол России в Великобритании, вспоминает о Буковском.
krasnov.jpg
 "В 1967 году следователь, закончив дело о демонстрации, главным инициатором которой был Владимир, сказал: 'Если бы я мог выбирать сына, я выбрал бы Буковского' ". Анатолий Краснов-Левитин о Владимире Буковском.
WP.jpg
"Длинная тень пытки". Статья Владимира Буковского в газете Washington Post о тюрьме Гуантанамо Бэй и причинах, по которым ни одна страна не должна изобретать способы легализировать пытки.
"Западные СМИ рассматривают своих сотрудников не как приказчиков в лавке, а как людей, отдающих свои творческие силы делу". Письмо Буковского руководству радиостанции "Свобода" о недопустимости вводимой ими цензуры. 
korchnoi.jpg
"Мир готов уступить во всем, лишь бы мировой бандит наконец насытился и угомонился". Вступление Владимира Буковского к книге гроссмейстера Виктора Корчного. 
svirsky.jpg
"Благодаря Володе остались жить и Плющ, и Горбаневская, а скольких миновала страшная чаша сия?" Писатель Григорий Свирский о Владимире Буковском и Викторе Файнберге в своей книге "Герои расстельных лет".
Frolov.jpg
"Почему брак между американкой и русским рассматривается как измена родине?" Предисловие Владимира Буковского к книге Андрея и Лоис Фроловых "Against the Odds: A True American-Soviet Love Story".
"Звон множился в гранях росы, тонул в тумане и вызывал умиление в сердцах православных". Рассказ Владимира Буковского, опубликованный 1967 году в журнале "Грани".
delaunay.jpg
"А тебя потопят в анекдотах,
Как свое гражданство в фарисействе."
Вадим Делоне Владимиру Буковскому.
darknessatnoon.jfif
"Чем труднее достичь цели, тем больше жертв нужно принести, и тем ужаснее средства, которые становятся оправданными". Предисловие Владимира Буковского к книге Артура Кёстлера "Слепящая тьма".
havel7.jpg
Альберт Жоли -- бизнесмен, общественный деятель, друг Джорджа Оруэлла и соратник Владимира Буковского по организации Resistance International -- вспоминает о Буковском в своей книге "A Clutch of Reds and Diamonds".
Vladimir Bukovsky's foreword to Abuse of Psychiatry by Sidney Bloch and Peter Reddaway
The Political Condition of the Soviet Union. Vladimir Bukovsky sums up Russia's ideological crisis in his enduringly perusasive 1987 essay. 
bujak.jpg
Vladimir Bukovsky in correspondence with Zbigniew Bujak on liberty, national identity, and solidarity
Frolov.jpg
Against All The Odds. Vladimir Bukovsky's foreword to Andrei and Lois Frolovs' book about their transatlantic love story
"Героическая речь Буковского в защиту свободы, произнесенная во время суда, и пять лет его мучений в отвратительной психиатрической тюрьме, будут помниться еще долго после того, как сгинут мучители, которым он бросил вызов." В. Набоков.
valladares.jpg
"До тех пор, пока существует символ, народ не побеждён. Пуля в спину -- не решение, потому что символы бессмертны". Владимир Буковский об Армандо Вальядаресе.
bujak.jpg
"В Вас я нашёл человека, который является и русским, и, одновременно, европейцем". Збигнев Буяк в переписке с Владимиром Буковским. 
kaminskaya.jpg
"Героизм становится естественной, единственно возможной для человека формой его поведения. Это дано немногим. Владимиру это было дано". Адвокат Дина Каминская о Владимире Буковском.
shustertow.jpg
Vladimir Bukovsky on RTVD Part Two
NVC Radio.png
Vladimir Bukovsky on NVC Radio
VBBirthday.jpg
On Vladimir Bukovsky's Birthday
knigi.jpg
A Companion to Judgement in Moscow
ukraina.jpg
Vladimir Bukovsky on Ukraine 112
delaunay.jpg
Vadim Delaunay to Vladimir Bukovsky
Vladimir Bukovsky heads a discussion at the American Enterprise Institute
troikasamokish.jpg
America's
Crack-Up. A US foreign policy essay by Vladimir Bukovsky
Kontinent[6913].jpg
Vladimir Bukovsky on censorship in his letter to Radio Liberty
darknessatnoon.jfif
Vladimir Bukovsky's foreword to Arthur Koestler's Darkness at Noon
First hundred days of Yeltsin. Vladimir Bukovsky explains why reforms in Russia failed following the 1991 coup. 
2016-11-09 08-40-32.JPG
Human rights activist Vitold Abankin talks about freedom and captivity in his interview with Soviet History Lessons
Batshev.jpg
Writer Vladimir Batshev recalls the day he spent in an enthralling conversation with Vladimir Bukovsky
VA07.jpg
The normal person's tale. A novella by 
Vitold Abankin.  
Буковский и Урбан. Писатель Джордж Урбан беседует с Владимиром Буковским в развёрнутом интервью для журнала Encounter. 
Bukovsky3.gif
Журнал Terra Nova. Алекс Федосеев беседует с Владимиром Буковским о внутренней политике России и революциях в Киргизии и в Украине.
signing.jpg
Предвыборный манифест Владимира Буковского, 2007 год. 
VATitle.jpg
Правозащитник Витольд Абанькин рассказывает сайту "Уроки советской истории" о свободе, заключении и своих друзьях Юрии Галанскове и Владимире Буковском.

Людей, поддерживающих такие организации и озабоченых опасностью ядерной катастрофы не следует рассматривать как действующих против демократических принципов. Должны быть предприняты согласованные усилия для того, чтобы предотвратить манипулирование такими движениями со стороны иностранных государств. Должна быть разработана стратегия для противостояния усилиям СССР проникнуть в западные движения борьбы за мир и управлять ими.

 

В то время как Советский Союз пытается объеденить всех в рамках своих инициатив "за мир", наши усилия должны быть направлены на подавление таких попыток путём разъяснения самых спорных аспектов их кампаний. Преследования независимых групп по борьбе за мир в коммунистических странах и постоянные нарушения Советским Союзом предыдущих соглашений должны стать мишенями наших контратак. Все подтверждённые факты прямого советского вмешательства в движение за мир на Западе должны предаваться широкой огласке. И, когда Советы начинают использовать свой трюк с "абсолютными ценностями", "отнсительные" ужасы коммунистического правления должны становиться в центре западной контрпропаганды, делая упор на такие вопиющие события, как советские зверства в Афганистане, массовые убийства в Камбоджи и голод в Эфиопии. В то время как Советы направляют денежные потоки через преданные им группы внутри двжения за мир, мы должны найти способы поддержки более умеренных групп.

 

Но самым важным является то, что вопросы мира и гонки вооружений должны быть возвращены в свой естественный контекст отношений между Востоком и Западом, и внимание общественности должно постоянно перенаправляться на намерения СССР, а не зацикливаться просто на количестве оружия, накопленного обеими сторонами. Западная позиция была сформулирована задолго до того как движение за мир стало отдельным большим вопросом. Это произошло во время подписания Хельсинкских соглашений в 1975 году тридцатью пятью европейскими странами, Канадой и Соединенными Штатами, которые связывают соблюдение прав человека с проблемой безопасности. Всё, что Западу нужно было сделать для пртивостояния кампании СССР "за мир" в течение последних четырёх лет -- это вернуться к той формуле, которая самым удобным образом была подтверждена и одобрена подписью на этих соглашениях Брежнева и других восточноевропейских руководителей. Логика этой позиции безупречна: Каким образом мы можем сократить гонку вооружений без контрольных проверок, и как мы можем осуществлять проверки без взаимного доверия? С этой точки зрения, как можно доверять правительству, которое не говорит правду своему народу и не позволяет ему её обсуждать, и намеренно внушает враждебное отношение и ненависть к другим народам своему населению? Как мы можем строить доверительные отношения со страной, чьим гражданам не позволено вступать в честный и открытый диалог с иностранцами под страхом тюремного заключения? Андрей Сахаров, единственный русский, получивший Нобелевскую премию мира, пишет: "До тех пор, пока в стране нет гражданских свобод, нет свободы информации и нет независимой прессы, не может существовать эффективного института общественного мнения, который бы осуществлял контроль над действиями правительства. В то же самое время, [советский] военно-промышленный комплекс и КГБ наращивают свою мощь, угрожая стабильности во всём мире, и гипермилитаризация съедает все наши ресурсы".   "Самая важная концепция, которая со временем стала краеугольным камнем моей позиции, -- пишет Сахаров в своём письме Анатолию Александрову, Президенту Академии Наук СССР, -- это неразрывная связь между международной безопасностью и взаимным доверием с одной стороны и соблюдением прав человека и существованием открытого общества с другой стороны".

 

Ирония состоит в том, что эта ясная позиция легко могла стать основой для давно искомой внешней политики страны, которую могли бы поддержать обе партии США, если бы администрация любого президента согласилась выдвинуть её. В своём специальном обращении в день мира, губернатор штата Нью-Йорк Марио Куомо, который не похож на приверженца жёткой консервативной линии, сказал:

 

"Угроза ядерной войны между Соединенными Штатами и Советским Союзом может быть уменьшена, если все люди получат возможность открыто и без страха выражать своё мнение по поводу происходящего внутри и за пределами их страны, включая вопросы вооружения. Советский Союз 36 лет назад подписал Всеобщую декларацию прав человека ООН. Он также подписал Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе в Хельсинки, который гарантирует упростить перемещение, беспрепятственный обмен информацией, воссоединение семей, пересмотр заявлений на выдачу виз и право всем людям иметь личную и религиозную свободу. Международная напряжённость снизится и международная стабильность повысится, если Всеобщая декларация прав человека ООН и Хельсинкские соглашения будут полностью приняты и выполнены всеми странами, поставившими свои подписи под этими двумя документами."

 

Ранее, 25 октября 1984 года, Палата представителей штата Массачусетс, которая отнюдь не славится преобладанием в ней непоколебимых консерваторов, приняла резолюцию, призывающую Советский Союз оставаться верным Всемирной делкарации прав человека и Хельсинкским соглашениям, как средствам предотвращения угрозы ядерной войны.

 

Тем, кто сомневается в успехе такого подхода, будет интересно узнать, что он был опробирован в Лос-Анджелесе 5 июня 1984 года, когда избирателям был поставлен следующей вопрос:

 

Должен ли совет округа Лос-Анджелес передать руководству США и Советского Союза письмо, говорящее о том, что угроза ядерной войны между Соединенными Штатами и СССР может быть уменьшена в том случае, если у всех людей появится возможность выражать своё мнение свободно и без страха по международным вопросам, включая цели государств и проводимую государствами политику; и тем самым донести до их сведения, что население округа Лос-Анджелес призывает все страны, подписавшие Хельсинкские соглашения по правам человека, соблюдать условия этих соглашений относительно свободы слова, религии, прессы, собраний и эмиграции для всех граждан этих стран?

 

Не смотря на яростное противодействие лидеров движения за мораторий на ядерное оружие, за эту предложенную меру проголосовало большиство -- почти две трети. (Wall Street Journal, June 11, 1984, p. 22; The Washington Times, June 8, 1984). К сожалению, этому примеру не последовали ни на общегосударственном уровне, ни на международном.

 

Ошибочная основа ведения переговоров

 

Вместо этого руководство США решило начать переговоры в Женеве по сокращению вооружений -- большая ошибка, на мой взгляд. Во-первых, желание втянуть Запад в переговоры принадлежит советским стратегам, и они видят в этом большую свою победу. (См. резолюцию Всемирного парламента народов за мир, спонсируемого СССР, которая, помимо другого, содержит требование "Вести переговоры! Другого выхода нет!" ("Правда", 26 сентября 1980 г.). Не трудно разобраться, почему Советам было так необходимо включить США в переговоры по контролю над вооружениями: (а) Они оказались в политической изоляции, вторгнувшись в Афганистан и считали необходимым смягчить своё тяжёлое положение, начав вести переговоры о контроле над вооружениями; (б) Договор об ограничении стратегических вооружений (SALT-II) был отвергнут Сенатом; (в) Запад наконец-то очнулся и увидел, что Советы достигли стратегического превосходства, и руководство западных стран было готово начать новый рывок в наращивании вооружений.

 

Почему же Запад принял приглашение СССР к переговорам о контроле над вооружениями? Это явно шло вразрез с интересами Запада, потому что (а) всегда плохо соглашаться на предложения врага; (б) ещё хуже делать это под давлением инспирированного Советским Союзом движения за мир; и (в) переговоры с СССР на тему вооружений де факто являются подтверждением правомерности двух советских пропагандистских тезисов: что опасность ядрной войны сейчас выше, чем когда-либо раньше (позиция, которая работает против усилий Запада сравняться с СССР в наращивании вооружений) и что западная доктрина ядерного сдерживания не работает (и, следовательно, её не нужно укреплять посредством производства большего количества ядреного оружия); (г) нежелательно вести переговоры со слабой позиции, на которой сейчас находится Запад, не успевший пока нарастить достаточно вооружений; (д) переговоры сыграли на руку попыткам СССР сконцентрировать мировое внимание на проблеме ядерного оружия и отвести его от вопроса советской агрессии в Афганистане и других странах; (д) переговоры свелись к принятию сомнительной точки зрения, гласящей, что с СССР возможно заключать взаимовыгодные соглашения, и что на Кремль можно полагаться в вопросах выполнения международных соглашений, не смотря на свидетельства об обратном, например, в случае с Хельсинкскими соглашениями.

 

Но, что более важно, вступление в переговоры по вопросом вооружений с Советским Союзом означает, что Запад, по сути, принял советское утверждение, что основная угроза сегодня для всего мира исходит от бомб и ракет, а не от самой советской системы. Другими словами, это означает согласие с мыслью, что вопросы разоружения можно обсуждать вне контекста отношений между Востоком и Западом.

 

В итоге это было невероятно непоследовательное и безответственное политическое решение. В результате Соединенные Штаты предстали перед миром слабыми, испуганными и находящимися под постоянным давлением. В очередной раз Советы со своей пропагандой оказались победителями и заставили Запад уйти в оборонительную позицию, и сделали это в то самое время, когда сами были уязвимы -- в то время, когда их поймали на жульничестве в договорах о контроле над вооружениями и в жульничестве с Хельсинкскими соглашениями, и, что самое главное, после прямой и открытой советской агрессии в Афганистане.

 

Сложно рассматривать как победу США тот факт, что Советы, переоценив своё влияние на мировое общественное мнение, не смогли заставить Запад пойти на дальнейшие уступки, выйдя из женевских переговоров в знак протеста и намеренно увеличив международное напряжение. Американская внешняя политика стала заложницей концепции неизбежного контроля над вооруженями, в то время как уставшая западная общественность вполне сейчас готова вернуться к советским предложениям по разрядке международного напряжения. Не трудно предположить, что на следующем этапе этого порочного круга Советы добьются ещё больших успехов.

 

Но, что хуже всего, сдавая свою позицию приемущества, Запад подаёт сигнал, что он принял ещё один советский постулат и соглашается обсуждать "меры по укреплению доверия" с Советским Союзом отдельно от вопроса прав человека. Стокгольмская конференция является, пожалуй, самым ярким примером того, как плохо политики на Западе понимают стоящую перед ними проблему. Я задаюсь вопросом:  что же они обсуждают с Советами за закрытыми дверями в Стокгольме -- меры по укреплению доверия, которые они держат в секрете от всего мира, но не от Советов? В то время как Хельсинкские соглашения так быстро забылись (но при этом официально не отменяются), какое может быть доверие к любому заключаемому соглашению?

 

Вместо переговоров о сокращении стратегических наступательных вооружений и переговорах о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, Запад должен предложить провести конференцию для обсуждения послевоенного договора о мире в Европе, которого до сих пор нет. Такая конференция должна позволить нам сконцентрироваться на реальных проблемах и реальной угрозе Западной Европе и Соединенным Штатам, а именно -- на советской империи. Очевидно, что ведение переговоров о мирном соглашении в Европе будет невозможно без обсуждения советских послевоенных приобретений, без обсуждения оккупации Восточной Европы, без отмены пакта между Гитлером и Сталиным, без обсуждения объединения Германии и вывода иностранных войск из европейских стран. Этот шаг произвёл бы огромное давление на Советы и заставил бы -- теперь уже их самих -- занять оборонительную позицию.

 

С идеологической точки зрения советская позиция стала бы несостоятельной. Советы не были бы в состоянии авторитетно отказать в референдуме странам, оккупированным в результате пакта между Гитлером и Сталиным, и в то же время играть роль поборников мира в Европе. В добавок к этому, концентрация внимания общественности на общеевропейской конференции по вопросам мира, скорее всего, создаст беспокойство в уже взрывоопасных регионах Балтийских стран и Восточной Украины. Это коснётся самой болезненной пробелмы Советского Союза: национальной проблемы.

 

Парадоксально то, что на такой конференции советский блок не предстал бы таким монолитным, как многие ожидали бы. У большинства восточноевропейских и центральноевропейских стран есть многочисленные территориальные претензии к Советскому Союзу и друг к другу, и националистические чувства всех восточноевропейских стран неминуемо всколыхнулись бы.

 

Учитывая теперешний климат истерической борьбы за мир, Советы вряд ли смогут отказаться от участия в подобного рода конференции. Но если, тем не менее, они откажутся, груз вины за гонку вооружений, международную напряжённость и угрозу ядерного уничтожения ляжет теперь на Кремль, массы людей перейдут на нашу сторону и влияние СССР на движение за мир на Западе будет потеряно.

 

Заключение

 

Через несколько лет немного что останется от "движения за мир" в Европе. Как только будут установлены новые ракеты, теперешняя волна агрессивного пацифизма начёт спадать. Большинство из участников маршей вернутся к своему обычному времяпровождению: телевизору, футболу и так далее. И ничто не прорвётся сквозь их апатию.

 

Возможно, я окажусь единственным, кто будет об этом жалеть. Впервые за тридцать лет Советы вложили нам в руки мощное оружие, которое может быть обращено против них самих для того, чтобы направить в противоположном направлении сегодняшние тенденции в международных отношениях и нейтрализовать существующий сейчас источник опасности в мире. И, не смторя на это, отсутствие у нас понимания и здравого смысла не позволило нам использовать эту возможность.

 

Поэтому создаётся впечатление, что мы будем продоложать бессмысленно тратить миллиарды долларов на бесконечную гонку вооружений. Мы будем продолжать бороться с коммунизмом на окраинах наших стран, но с каждым разом эти схватки будут происходить всё ближе и ближе к нашему дому. Мы будем продолжать обманывать себя в ожиданиях, что "скрытый либерал" каким-то образом сможет пробраться к верхушке советской власти, или что коммунистическая диктатура каким-то образом будет уничтожена в результате военного путча. Мы будем продолжать вести дела в привычном режиме с Москвой -- и наивно надеяться на лучшее. 

 

 

Источник: "Soviet Hypocrisy and Western Gullibility", The Ethics and Public Policy Center, 1987.

 

Перевод с английского Алисы Ордабай-Хэттон.