National Review asked 12 distinguished contributors—not all of them American, not all of them conservative—two questions: What did they think were the most important problems facing the new President, and what should he do about them? 


Vladimir Bukovsky 


What is the definition of a “pragmatic Communist”? It is a Communist who has run out of money. By definition, the Soviet Union is pragmatic in a big way. And this fact is revolutionizing attitudes in Western Europe. 


My first advice to President Bush, therefore, is to brush up his German and learn the expression “Wandel durch Handel” because in plain English it spells out one unmitigated disaster for his Presidency.


The actual translation of the phrase is something like “change through trade,” or “trade produces change. The idea itself is not terribly new: you pay the “good guys” and the “bad guys” don’t come round to loot your shop. This idea might not work in Chicago any more, but sure does work in Europe. Current Soviet borrowing has reached a staggering $2 billion a month, mostly in untied loans. Overall Soviet-bloc debt has increased 55 per cent since 1984—since the Communists promised to be “good guys,” that is, and report on their natural disasters. If Western trade changes them as much as predicted, then we might in a few years learn about the next Chernobyl before the local population does, or, perhaps, even in advance of the actual catastrophe. 


But we are merely at the beginning of a new era. Recently, West German Chancellor Helmut Kohl brought another $11 billion to Moscow as a Christmas gift from Santa Claus, while his Foreign Minister, Hans Dietrich Genscher, shuttled between European capitals trying to launch a new Marshall Plan for the Soviet empire. Rumor has it that the ruble will soon become convertible, with West German banks underwriting its value. 


In short, the crisis might be in the Soviet Union, but the trouble is in Western Europe. At long last a peace offensive is bringing the Soviets tangible results. All they need to do is to cut a few more tank divisions, offer more hints about the possible reunification of Germany, display their “new thinking” a bit longer, and there will be no more NATO to speak of. Trade produces change, indeed. 


However, if the crisis is in Moscow, and the trouble is in Europe, the problem is certainly in Washington. Some naive outsider might think that there is only one President the United States, with the power to conduct foreign policy, at any one time. In fact, there are 535 of them all over the country. They might not know exactly where Germany is located, but each has a grand idea about international affairs. The resulting American foreign policy is always inconsistent, short-sighted, and uncertain — which can only add to European anxiety. The most vivid example of such inconsistency was the American attempt to block European involvement in constructing the Soviet natural-gas pipeline, while the U.S. still sold grain to the Soviet Union. What else could that achieve but a growing European resentment? 


Bearing in mind all these limitations, how much can the President do? I suggest he start with a bit of glasnost. Surely, if this device could help Gorbachev, there is no reason why it should not help a democratically elected leader of a democratic country. All Soviet-bloc borrowing from all Western financial institutions, all transactions conducted with the Soviet-bloc countries should be tracked and publicized. Indeed, why is this information kept secret now? And from whom? The Soviets, after all, know it, and so do the institutions conducting such transactions. The public is kept in the dark. Where then, is our “right to know”? if the transactions are truly in the Western countries’ interests, and there is nothing to be ashamed of, the businessmen and bankers should be proud to report in some detail. If they are not, we are entitled to be suspicious. 


Needless to say, the political atmosphere created by such awareness will make further loans and transactions with the Soviets much more difficult. Active campaigning by the U.S. Government against them might well be sufficient to slow them down. The threat of American withdrawal from Europe might prove effective in forcing the Europeans to abandon their dreams about Marshall Plans Moscow, After all, one cannot seriously expect Americans to spend billions on protecting Europe, if Europe spends billions on strengthening the very same enemy it is protected from. 


We have to be prepared for a protracted crisis of the Soviet empire, with its inevitable cycles of detente and war succeeding each other. So we need a common long-term strategy for the Western Alliance, if we want it survive. In the final analysis, history will judge President Bush by his success in halting the epidemic spread of the German disease. 


Bukovsky is President of Resistance International and author of, among other books, To Build a Castle and To Choose Freedom. 

National Review, February 10, 1989.

Мои рекомендации президенту




Автор: Владимир Буковский


Журнал National Review


10 февраля 1989 г.


Рубрика "Новый Макиавелли"  



Что означает фраза "прагматичный коммунист"? Это коммунист, у которого закончились деньги. Согласно этому определению, Советский Союз черезвычайно прагматичен. И этот факт меняет отношение к СССР в Западной Европе. 


Поэтому мой первый совет президенту Бушу -- это подучить немецкий язык и выучить выражение "Wandel durch Handel", потому что на обычном английском оно означает абсолютную катастрофу для его президентства. 


В переводе эта фраза означает что-то вроде "перемены через торговлю" или "торговля влечёт за собой перемены". Сама идея не очень нова: ты платишь "хорошим ребятам", и "плохие ребята" не приходят больше громить твой магазин. Идея эта, возможно, не имеет хождения больше в Чикаго, но совершенно определённо имеет хождение в Европе. На данный момент государственный заем СССР достиг невероятной цифры -- два миллиона долларов в месяц, и состоит, в  основном, из необусловленных займов. В общей сложности задолжность советского блока увеличилась на 55 процентов с 1984 года -- с тех пор, как коммунисты пообещали быть "хорошими" и впредь сообщать о происходящих у них стихийных бедствиях. Если торговля с Западом изменит Советы до той степени, которую некоторые предсказывают, то через несколько лет мы начнём узнавать об очередных чернобылях до того, как об этом будет узнавать местное население, или, возможно, даже заранее -- до самих трагедий. 


Но мы всего лишь находимся в начале новой эры. Недавно канцлер Западной Германии Гельмут Коль привёз дополнительные 11 миллиардов долларов в Москву в качестве рождественского подарка от европейского Санта Клауса, в то время как его министр иностранных дел Ганс-Дитрих Геншер объездил все европейские столицы, пытаясь запустить новый План Маршалла для того, чтобы помочь советской империи. Ходят слухи, что рубль скоро станет конвертируемым, а западногерманские банки выступят в качестве гаранта. 


Одним словом, кризис, может быть, и имеет место в Советском Союзе, но беда пришла в Западную Европу. После их долгих стараний наступательные действия в борьбе за мир начинают приносить Советам конкретные результаты. Всё, что им остаётся теперь сделать -- это сократить ещё несколько танковых дивизий, намекнуть ещё несколько раз на объединение Германии, продолжать демонстрировать своё "новое мышление", и от НАТО уже ничего не останется. Торговля влечёт за собой изменения -- это правда. 


Тем не менее, если кризис пришёл в Москву, а беда -- в Западную Европу, то проблема, однозначно, находится в Вашингтоне. Какой-нибудь наивный профан может думать, что на время каждого президентского срока существует всего один президент Соединённых Штатов, в руках которого находится власть, позволяющая ему осуществлять руководство международной политикой. На самом деле, президентов 535, и они разбросаны по всей стране. Они, возможно, и не знают, где точно находится Германия, но у каждого имеются свои представления о положении дел на международной арене. Проистекающая из этого международная политика США всегда непоследовательна, близорука и неясна, что только усиливает страхи Европы. Самый яркий пример такого рода непоследовательности  -- это попытки США воспрепятствовать участию Европы в строительстве советского газопровода, в то время как Соединённые Штаты продолжают продавать зерно Советскому Союзу. Что это могло вызвать в Европе, кроме растущего возмущения?


Принимая во внимание все эти ограничения, насколько свободен президент США в принятии решений? Я предлагаю, чтобы он начал с введения гласности. Я уверен, что если этот подход помог Горбачёву, то нет причины, по которой он не помог бы демократически избранному руководителю демократической страны. Все займы советского блока, предоставляемые западными финансово-кредитными организациями, все транзакции, проводимые со странами советского блока, должны быть отслежены и опубликованы. Действительно, почему эта информация держится в секрете? И от кого её прячут? Советы, если уж на то пошло, ей владеют, равно как и организации, проводящие эти финансовые операции. Скрывают её только от общественности. Где же наше "право знать"? Если эти сделки действительно в интересах западных стран, и если стыдиться нечего, то тогда бизнесмены и банкиры должны с гордостью и подробно рассказывать о них. А если нет, то мы имеем право иметь свои подозрения. 


Не приходится и говорить, что политическая атмосфера, которую создала бы такая информированность общественности, существенно затруднила бы дальнейшие займы и транзакции с Советами. Активных выступлений против них со стороны правительства США, возможно, будет достаточно, чтобы уменьшить их размах. Угроза ухода США из Европы, вероятно, поможет вынудить европейцев оставить свои мечты относительно Плана Маршалла для Москвы. В конце концов, глупо надеяться, что американцы будут тратить миллиарды на защиту Европы, в то время как Европа будет тратить миллиарды на укрепление того самого врага, от которого её защищают. 


Мы должны быть готовы к затяжному кризису советской империи, с её неизбежными сменяющимися циклами разрядок и холодных войн. Поэтому нам нужна разделяемая всеми долгосрочная стратегия для Западного союза, если мы хотим выжить. По большому счёту, история будет судить о президенте Буше по его успешности в деле остановки эпидемического распространения немецкой болезни. 


Перевод с английского Алисы Ордабай.


Lord Bethell

Vladimir Bukovsky remembered by Lord Nicholas Bethell in his memoires titled Spies and Other Secrets

Boris Pankin

Boris Pankin, a former Russian Ambassador to Great Britain, recalls his days in London and his encounters with dissidents.

Vladimir Nabokov

Vladimir Gershovich tells a story of Nabokov's contribution to saving Bukovsky from a Soviet prison.


Vladimir Bukovsky's 1982 essay on the USSR-inspired peace movement sweeping over the West.

Pacifists Against Peace

Vladimir Bukovsky's obituary written by Alissa Ordabai.

Alissa Ordabai on Vladimir Bukovsky

Grigory Svirsky remembers Vladimir Bukovsky and Victor Feinberg.

Grigory Svirksy


Anatoly Krasnov-Levitin writes about Vladimir Bukovsky in a heartfelt essay following Bukovsky's 1971 trial. 

Anatoly Krasnov-Levitin

Vladimir Bukovsky warns against censorship in his 1976 letter to Radio Liberty / Radio Free Europe.

Radio Liberty and Censorship

Vladimir Bukovsky's foreword to Andrei and Lois Frolovs' book Against the Odds: A True American-Soviet Love Story.

The Frolovs


Dina Kaminskaya

Vladimir Bukovsky's lawyer Dina Kaminskaya remembers his 1967 trial in her memoires.

Victor Krochnoi

Vladimir Bukovsky's foreword to chess master Victor Krochnoi's autobiography.

The Bell Ringer

Vladimir Bukovsky's short story published in Grani magazine in 1967.


Vladimir Bukovsky seminal 1984 essay on Russian government's propaganda and subversion strategies.

Peace as a Political Weapon

Ludmilla Thorne reports from Vladimir Bukovsky's first post-exchange residence in Switzerland.

Mother Courage


Vadim Delaunay writes in verse to his friend Vladimir Bukovsky following their 1967 trial.

Vadim Delaunay